Авиация Второй мировой
На главнуюПоиск на сайте English
 
Яковлев Як ББ-22 Боевое применение СССР

Французы на Востоке

Александр Котлобовский

Июнь 1940 года. Франция разгромлена, и ее руководство позорно капитулировало перед рейхом. Большая часть территории страны оккупирована, а правительство переехало в т.н. свободную зону и разместилось в курортном городке Виши. Вооруженные силы распущены, а оставшиеся у вишистов части получили наименование «армии перемирия», которая находится под неусыпным контролем германо-итальянских комиссий.

Однако в этой безрадостной ситуации оставалось достаточно много солдат и офицеров, не смирившихся с новыми реалиями и желавших драться с врагом. Чаяния этих людей выразил генерал де Голль. "Франция проиграла сражение, но не проиграла войну!", — провозгласил он в своей речи по Лондонскому радио 18 июня и призвал соотечественников продолжить борьбу с Германией. Было объявлено о создании движения Свободная Франция и его вооруженных сил. Надо сказать, что пошедшие за де Голлем военные подвергались сильному риску. На родине их объявили дезертирами, предателями и английскими приспешниками. В случае появления на территории Франции они подлежали немедленным аресту и преданию суду военного трибунала. Угроза расправы висела дамокловым мечом и над их семьями. На международной арене Свободную Францию признавали только Лондон и британские доминионы, а в Москве и Вашингтоне сидели вишистские послы.

После 22 июня 1941 г. отношение СССР к де Голлю резко изменилось. 27 июня Советский Союз признал генерала «как руководителя всех свободных французов, где бы они ни находились» и выразил готовность оказать помощь возглавляемому им движению. В Москве появился представитель Национального комитета Свободной Франции. В сентябре вишистский посол убыл восвояси, а его военно-воздушный атташе п-к Шарль Лиге перешел к де Голлю.

Еще до этого события начальник штаба ВВС Свободной Франции генерал Марсиаль Вален предложил послать на советско-германский фронт подразделение французских летчиков. Де Голль положительно отнесся к идее, более того, высказался за направление в СССР еще и пехотной дивизии. Начались переговоры на данную тему с советскими дипломатами в Лондоне. По разным причинам они шли трудно и долго. До отправки французской дивизии дело так и не дошло, а практическая реализация идеи Валена началась в апреле 1942 г., когда на авиабазе Раяк (Ливан) приступили к формированию авиачасти, которой предстояло отправиться в СССР. Возглавил ее ветеран воздушных баталий 1917-18 гг. м-р Жозеф Пуликен. По его инициативе группе было присвоено наименование «Нормандия» (по французской военной традиции каждая авиачасть носит название одной из провинций страны), и в состав деголлев-ских ВВС она вошла как GC 3 Normandie, т.е. 3-я истребительная авиагруппа «Нормандия». Она включала три эскадрильи, носившие названия трех основных нормандских городов: «Гавр», «Руан» и «Шербур». Однако только 25 ноября 1942 г. полномочный представитель Национального комитета Сражающейся Франции (так с сентября 1942 г. именовалась Свободная Франция) бригадный генерал Пети и заместитель командующего ВВС РККА генерал-лейтенант Ф.Я Фалалеев подписали соглашение об участии французских авиационных частей в боях против гитлеровской Германии на советско-германском фронте в составе советских авиасоединений.

«Нормандия» состояла исключительно из добровольцев. Отправиться в СССР выразили желание и были включены в списки 17 летчиков, но вскоре суровые реальности войны сократили их число до 14. Кроме командира, в число первых пилотов «Нормандии» входили: Марсель Альбер, Дидье Беген, Ив Бизьен, Раймон Дервиль, Альбер Дюран, Ноэль Кастелен, Ив Маэ, Марсель Лефевр, Альбер Литольф (или Литто), Андре Познански, Альбер Прецио-зи, Роланде ля Пуап, Жозеф Риссо, Жан Тю-лян. Это был народ боевой и отчаянный, в большинстве своем имевший отличную летную подготовку — средний налет составлял 857 часов на одного летчика. У многих за плечами было участие в боях во Франции, в Битве за Англию, в дакарской экспедиции, североафриканских баталиях, кампании в Сирии и Ливане. Общий боевой счет летчиков — 19 побед. Наибольшее количество сбитых — 10 — числилось за Литольфом. 4 подтвержденные победы имел Дюран.

Многие летчики «Нормандии» появились в рядах Сражающейся Франции после приключений, достойных пера Дюма или Жюль Верна. Например, Альбер Дюран и Лефевр 14 октября 1941 г. средь бела дня перелетели на своих «Девуатинах» с ви-шистской авиабазы в Оране в соседний Гибралтар к англичанам. Военный трибунал Виши приговорил летчиков заочно к расстрелу, а немцы в наказание расформировали авиачасть, в которой они служили — GC 1/3, одну из самых заслуженных во французских ВВС. Беген бежал в Англию на транспортном Codron Goeland. Туда же на «Девуатинах» 25 июня 1940 г., сразу после капитуляции Франции, перелетел Литольф с двумя сослуживцами. Риссо с тремя товарищами на связном Codron Simoun попытался добраться с североафриканской базы в Гибралтар, но сбился с курса и приземлился на территории Испании. Всю четверку арестовали, и она некоторое время просидела во франкистской каталажке. Затем летчиков освободили, и они, в конце концов, добрались до Скалы, откуда убыли к берегам Туманного Альбиона.

Помимо пилотов, в списках новой авиачасти числились 4 штабных офицера, 42 техника, механика и оружейника. К 10 сентября формирование «Нормандии» завершилось. Затем пошли дни томительного ожидания отправки на фронт. Наконец, спустя 2 месяца, 10 ноября, пришел приказ собираться в путь, и через два дня все «нормандцы» на трех транспортниках перелетели в Багдад. Оттуда поездом, а затем автотранспортом добрались до Тегерана, где дождались подписания соглашения Пети-Фалалеева. 29 ноября Пуликен и часть летчиков поднялись на борт двух Ли-2 и через 5 часов полета прибыли в Иваново, в самый разгар неведомой им русской зимы. Через 2 дня к ним присоединились остальные.

В «столице» русских ткачей французы расположились в местном военном городке. Советские интенданты немедленно обеспечили их зимним обмундированием. Для обучения полетам на советских истребителях за французами закрепили инспектора по пилотированию 6-й запасной авиабригады к-на П.И. Друзенкова. «Нормандцам» предстояло освоить истребители Як-1 Б. В короткий срок на французский язык были переведены все необходимые технические описания «Яков», инструкции и отдельные главы Боевого устава и наставлений ВВС РККА. Кроме того, общению советского и французского персоналов помогали переводчики — дети эмигрантов из России: врач уроженец Киева Жорж Лебединский, Мишель Шик и Александр Стакович.

4 декабря вышел приказ о включении в состав советских ВВС французской авиачасти как отдельной эскадрильи «Нормандия». В середине декабря начались полеты. Поначалу французы восстанавливали летные навыки на учебно-тренировочных УТ-2. Первым в воздух поднялся комэск. Однако на взлете дала знать о себе старая рана, и Пуликен едва не разбился. Управление взял на себя Друзенков и немедленно посадил «утенка». Вскоре после этого майору пришлось подать рапорт о переводе на другую работу в связи с проблемами со здоровьем. Просьба была удовлетворена, и Пуликен с болью в сердце расстался с «Нормандией». 22 февраля 1943 г. его сменил м-р Жан Тюлян, 35-летний потомственный авиатор, ветеран боев в Ливии, имевший в своем активе принужденный к посадке итальянский «транспортник», на котором 6 генералов и 3 полковника пытались бежать из Тобрука.

С 20 декабря началось переучивание французов на учебном Як-7В. В январе 1943 г. они стали летать на «семерке» самостоятельно. У некоторых летчиков сказывался длительный перерыв в полетах на боевых машинах. Так, на десятом самостоятельном вылете поломал «семерку» на посадке су-лейтенант Ив Бизьен, имевший около трехсот часов налета. После этого происшествия ему назначили еще несколько провозных полетов на УТ-2.

20 января «Нормандия» получила первые шесть Як-1Б, а к 16 марта — еще восемь. Из четырнадцати истребителей 9 обслуживали французские механики, а 5 — советские (их в эскадрилье насчитывалось 17). Эскадрилья также получила связной У-2. Летать на нем быстро обучили начальника штаба л-та Жана де Панжа, который очень гордился тем, что стал летчиком.

К середине марта 1943 г. курс переучивания на Як-1Б завершился. Всего было выполнено 536 полетов с общим налетом 218 часов, что в среднем составило 38 вылетов и 15 часов на летчика. 14 марта в Иваново для проверки готовности «Нормандии» прибыли генерал Пети и представитель командующего ВВС РККА п-к СТ. Левандович. Сначала отличную воздушную акробатику показал Тюлян, затем индивидуальные и групповые полеты совершили другие летчики «Нормандии». Все они произвели чрезвычайно благоприятное впечатление на комиссию. 21 марта Пети и Левандович подписали акт, который гласил: «Инспекторская проверка боевой готовности эскадрильи Сражающейся Франции "Нормандия» (командир — майор Тюлян) производилась на северном аэродроме г. Иваново. Эскадрилья показала отличную готовность по всем элементам подготовки (групповая слетанность, высший пилотаж, воздушный бой, стрельба по конусу) и по своим боевым качествам и моральному состоянию пригодна к отправке на фронт».

22 марта французы перелетели на аэродром Полотняный завод, что в 25 км от Калуги. «Нормандия» поступила в распоряжение командующего 1 -и ВА Западного фронта генерал-лейтенанта С.А. Худякова и была временно включена в состав 204-й бомбардировочной дивизии п-ка СП. Андреева. Изначально эскадрилью собирались передать в 303-ю ИАД, которой командовал ветеран боев в Испании и Китае Герой Советского Союза генерал-майор Г.Н. Захаров. Однако он не мог сразу принять «нормандцев» из-за неудовлетворительного состояния аэродромной сети своей дивизии.

Прибыв на новый аэродром, французы приступили к ознакомительным полетам. Пересекать линию фронта им пока запретили. Однако в один из дней последней декады марта м-р Тюлян и к-н Литольф, выполняя полет парой, незаметно для себя оказались над позициями противника. Французы спохватились и легли на обратный курс лишь после того, как по ним открыла огонь зенитная артиллерия. Внезапно, они заметили заходившую в атаку группу вражеских истребителей и вынуждены были принять бой. В конечном итоге, Литольф подбил два самолета, которые, дымя, ушли на свою сторону, а Тюлян сбил «мессер», упавший в расположении советских войск. Выяснить, кто же добился победы, штабу воздушной армии удалось не сразу, поскольку ни одна советская истребительная часть не претендовала на этот сбитый, а французы своим неожиданным успехом особо не хвастались, так как опасались, что комдив Андреев не одобрит перелет линии фронта...

Официальной датой начала боевой деятельности «Нормандии» стало 26 марта, когда на перехват шедшего на высоте 4000 м разведчика взлетели л-ты Дюран и Дервиль. Немцу удалось уйти, но, как считается, была сорвана его попытка углубиться в советский тыл.

5 апреля «Нормандия» всем составом летала на прикрытие двух девяток Пе-2, бомбивших вражеские артпозиции у Сухи-ничей. В районе цели «Петляковых» атаковала четверка «Фокке-Вульфов». Дюран и Прециози вовремя заметили опасность и заградительным огнем отразили нападение. Тогда немцы ринулись на французскую пару. На помощь подоспела четверка, ведомая Тюляном. В разгар боя Прециози зашел в хвост одному «фоккеру» и меткой очередью вогнал его в землю. Через несколько секунд Дюран поразил противника на встречно-пересекающемся курсе, и тот отправился следом за своим «камерадом». Так были одержаны первые официальные победы «Нормандии».

В тот же день на сопровождение «Петляковых» летали Альбер и Маэ. Полет длился дольше, чем изначально предполагалось, и добраться до своего аэродрома летчики не смогли из-за нехватки горючего. Маэ совершил успешную вынужденную посадку на шоссе, а вот Альбер приземлился в поле, и у его истребителя оказались поврежденными лопасти винта. На следующий день им на выручку прилетел де Панж, который привез на У-2 канистры с бензином и запасной винт. Вскоре самолет Маэ заправили, и он улетел. С Альбером пришлось повозиться. У местных колхозников удалось одолжить лошадь, с помощью которой «Як» вытащили на дорогу. Затем сменили винт, заправили бензобаки, и Альбер также благополучно убыл на Полотняный завод.

13 апреля шестерка «Яков», ведомая Тюляном, вылетела для прикрытия советских войск на марше. В районе Спас-Де-менска она встретила группу истребителей противника и вступила с ними в бой. Здесь сказались недостатки тактической подготовки французов: следуя «рыцарским» традициям Первой мировой войны, они дрались каждый сам за себя. Тюлян фактически никак не руководил действиями подчиненных, и хотя он сам, Маэ и Дюран одержали по одной победе, свои потери оказались тяжелыми: погибли Бизьен, Дервиль и Поз-нански. Сбитые «Яки» упали на территории противника, и в руки немцев попали документы погибших летчиков. К тому времени фельдмаршал Кейтель подписал приказ, согласно которому «нормандцы» причислялись к лицам, не являвшимся т.ч. комбатантами, и на них не распространялись положения Гаагской и Женевской конвенций. Попросту говоря, при пленении они подлежали немедленному расстрелу. Поскольку с погибшими уже ничего нельзя было поделать, то решили отыграться на их семьях. Так, в оккупированном Дьеппе арестовали и бросили в концлагеря отца, мать и обоих братьев Ива Бизьена. Выжил лишь младший братАндре...

Пребывание истребительной эскадрильи в составе бомбардировочной дивизии создавало определенные неудобства для боевой работы французов. Во-первых, аэродром Полотняный завод располагался достаточно далеко от линии фронта, что для «пешек» было несущественно, а для «Яков» создавало проблемы из-за относительно небольшого радиуса действия. Во-вторых, отсутствие по соседству какой-либо истребительной авиачасти не позволяло проводить полноценный обмен боевым опытом.

Приказ о переводе «Нормандии» в 303-ю ИАД генерал-майора Г.Н. Захарова вышел 10 апреля, а 16 числа эскадрилья перелетела на новое место базирования — аэродром Васильевское. По прибытии туда произошло знакомство комдива с необычными подчиненными. Захаров изложил задачи, которые французам предстояло решать на первых порах: производить поиск вражеских самолетов без пересечения линии фронта и, поскольку активность люфтваффе была еще невысокой, нести дежурство на аэродроме для вылета на перехват отдельных вражеских самолетов. Тюлян совершил ознакомительный полет на Ла-5 Захарова. Истребитель майору так понравился, что он тут же начал просить генерала перевооружить эскадрилью с «Яков» на машины Лавочкина. Захаров ответил, что спешить не стоит, поскольку самолеты эквивалентны по своим боевым качествам. Позже вопрос о перевооружении отпал.

Май-июнь — период относительного затишья на советско-германском фронте. Тем не менее, «нормандцы» без дела не сидели. 2 мая Лефевр и де ля Пуап вылетели на перехват разведчика Hs 126 в район Милятино-Софроново, Лефевр открыл свой боевой счет. На следующий день они же провели бой с двумя «Мессершмиттами» и четверкой «Фокке-Вульфов». Лефевр сбил «мессер». В тот же день звено Ли-тольфа в районе Юхнов-Спасск-Демянск расправилось с еще одним «Хеншелем».

6 и 7 мая эскадрилья принимала участие в операции ВВС РККА по нанесению ударов по ряду аэродромов противника. «Нормандцы» летали на штурмовки Спасск-Деменска, совершив несколько заходов на стоянку «Юнкерсов», после чего им на счет записали 8 уничтоженных бомбардировщиков. Зенитным огнем была подбита машина Ива Маэ, которому пришлось совершить вынужденную посадку на территории противника. Раненым он угодил в плен, но каким-то чудом не попал под действие приказа Кейтеля и просидел в лагере советских военнопленных под Кенигсбергом до конца войны.

15 мая под вечер пара Литольф-Кастелен вылетела на свободный поиск противника и вскоре встретила два Bf 110. Завязался бой, в ходе которого Кастелен увлекся погоней за «мессером» и покинул своего ведущего. Вражескую машину он сбил, но, вернувшись на аэродром, понес наказание за самовольное оставление ведущего в бою. Литольф сначала поздравил напарника с победой, но обсудив с советскими коллегами проступок ведомого, пришел к выводу, что здесь не проходит принцип «победителей не судят». Кастелен был отправлен под арест. Взыскание пошло на пользу молодому летчику, да и другим французам послужило наукой.

В июне «Нормандия» перебазировалась на аэродром Хатенки, с которого действовала до конца августа. А 9 числа в эскадрилью прибыло первое пополнение — 8 летчиков, большинство из которых ранее служило в различных африканских авиачастях, в т .ч. на Мадагаскаре. Группу возглавлял м-р Пьер Пуйяд, старый друг Тюляна. В кампанию 1940 г. он командовал группой ночных истребителей GCN И/13, летавшей на двухмоторных Potez 631, и одержал предположительную групповую победу. После заключения перемирия был направлен во Французский Индокитай, где в Сайгоне принял под свое начало эскадрилью И/295. 2 октября 1942 г. на разведчике Potez 25TOE он перелетел к китайцам. Причем совершил вынужденную посадку на джунгли в районе Чунцина и потом пробирался пешком к ставке Чан Кайши. При содействии французского консульства он попал в США, а затем в Англию, затратив на весь путь 4 месяца. С берегов Туманного Альбиона Пуйяд прибыл в СССР, где для освоения новой матчасти ему хватило всего трех вылетов на Як-7В.

В том же месяце всех французских техников и механиков заменили советским персоналом. Причин было несколько, но прежде всего — обслуживание советской техники требовало высочайшей самоотдачи, а «пахать», как красноармейцы, французы оказались неспособны. Кроме того, в авиачастях Сражающейся Франции в Северной Африке не хватало опытных наземных специалистов, и «нормандцы» были бы там весьма кстати.

16 июня пара Альбер-Прециози атаковала и после длительного преследования сбила в районе села Брусны-Меховая ненавидимую пехотой «раму» — разведчик FW 189. Французы уже успели убедиться, что победа над таким противником — дело непростое. Так, л-т де ля Пуап как-то пытался добить поврежденный корректировщик, но опытный немецкий экипаж умело маневрировал, а француз увлекся преследованием, и при пикировании в результате резкого перепада высот у него лопнула барабанная перепонка. Противник ушел, а летчик угодил в госпиталь на две недели. В том же месяце вели бои с «рамами» пара Тюлян-Беген, а также Литольф. В обоих случаях поврежденные вражеские разведчики смогли уйти.

5 июля разгорелось грандиозное сражение на Курской дуге. «Нормандия», как и вся 303-я ИАД, была введена в бой 12 июля, с началом советского контрнаступления. В первый день эскадрилья летала на сопровождение большой группы «пешек» и воздушных боев не вела. 13 числа, до полудня, «нормандцы» сопровождали штурмовики 224-й дивизии, а во второй половине дня восьмерка «Яков», ведомая Литольфом, прикрывала переправу в районе деревни Дурнево Калужской области. Они отразили налет группы Bf 110, при этом Дюран и Кастелен уничтожили по самолету противника. Кастелен так докладывал о своей победе: «Я выпустил по противнику примерно 20 снарядов и 20 крупнокалиберных пуль и могу предположить позитивный результат. Неприятельский самолет с дымом ушел в пикирование. Меня самого атаковал другой Bf 110, и, отражая атаку, я не мог наблюдать падение противника...».

14 июля французы ознаменовали свой национальный праздник День взятия Бастилии новыми успехами: Альбер, Кастелен и Пуйяд сбили по одному самолету. Однако настроение всем омрачила потеря: без вести пропал л-т де Тедеско, прибывший в эскадрилью во второй группе.

Еще большие утраты эскадрилья понесла 16 июля. В 14.00 восемь истребителей, ведомые Тюляном, прибыли в район патрулирования над позициями советских войск в районе деревень Крутицы, Красикове, Гнездилово, Хотынец. Вскоре появилась пара FW 190, а за ней — до 15 Ju 87 и Bf 110 с истребителями прикрытия. Первым в атаку пошло звено Литольфа. К-н де Форж также собрался атаковать «штуку», однако ему помешал «190-й», которого француз сбил. Пуйяд расправился с «Юнкерсом». Тюлян и Альбер прикрывали своих от возможных атак истребителей врага. Вскоре комэск завалил «фоккер». «Юнкерсы» смогли отбомбиться и повернули на обратный курс. В погоню бросилась пара Литольф-Кастелен. В это время их атаковала подошедшая на помощь своим шестерка «Фокке-Вульфов». Заметив опасность, огонь по вражеским истребителям открыл л-т Леон. После боя он доложил, что одного сбил, второго поджег. Однако это не спасло ни Литольфа, ни Кастелена, которые на свою базу не вернулись. Их судьбу разделил и л-т Бернавон.

На следующий день эскадрилью потряс новый удар. Вот что докладывал в отчете, отправленном в 1 -ю ВА, начальник штаба 303-й ИАД п-к П.Я. Аристов (орфография источника сохранена): «17.7.43 г. при сопровождении шестерки Ил-2 224 шад, действовавших по живой силе и технике противника в районе Хотынец, Знаменское, с боевого задания не вернулись командир эскадрильи «Нормандия» майор Тюлян и летчики лейтенант Беген, старший лейтенант Вермей.»

По докладу экипажей штурмовиков и вернувшегося 18.7.43 г. ст. лейтенанта Бегена установлено: «Сопровождение штурмовиков до района Знаменское осуществлялось девяткой истребителей под командованием майора Тюлян. На рубеже Локна-Знаменское штурмовиков атаковали 2 Fw 190, с которыми вступили в бой 3 Як-9 * — майор Тюлян, капитан Де-форж и младший лейтенант Бон. Вскоре к месту боя подошли еще 6 Fw 190 и 8 Bf 109, которые начали атаку штурмовиков справа сзади. Наши истребители вынуждены были оставить штурмовиков и всей девяткой отражали атаки противника. Старший лейтенант Беген, находясь в паре со старшим лейтенантом Вермей, вел бой с четырьмя Fw 190 и был подбит. Произвел посадку на фюзеляж в районе южнее Будоговищи и 18.7.43 г. на самолете У-2 был доставлен в свою часть. Майор Тюлян, капитан Де-форж и младший лейтенант Бон, ведя бой с истребителями противника, вошли в облачность. После выхода из облачности никто из летчиков (в том числе капитан Дефорж и мл. лейтенант Бон) майора Тюлян не видели».

По немецким данным, вечером 17 июля, атакуя северо-западнее Орла советские истребители и штурмовики, по две победы одержали гауптманы Штендель и Лозигкайт из группы III/JG51. Признана потеря одного FW 190A-5 (w/nr 152658), летчик которого спасся с парашютом.

Неудачи, постигшие «Нормандию» в последних боях, серьезно встревожили Захарова и генерала Пети. Последний вызвал к себе на доклад м-ра Пуйяда. 22 июля они вместе посетили начальника Импортного управления ВВС генерал-майора Левандовича, который выразил сожаление по поводу гибели французских летчиков. Объясняя гибель Тюляна, Пуйяд ответил: «Последнее время нам чертовски не везло. К тому же, некоторые из наших летчиков были несколько самоуверенны и слишком пылки». Несомненно, сказывалась сильная усталость «нормандцев», совершавших по 4-5 вылетов в день. Но главной причиной больших потерь видится специфическая тактика французов, ставившая во главу угла индивидуальное мастерство воздушного бойца и пренебрегавшая взаимодействием. По этому поводу Аристов отмечал: «На всем протяжении боевой работы эскадрильи «Нормандия» установлено, что французские летчики групповой воздушный бой вести не умеют. Коллективная спаянность, взаимная выручка и поддержка в бою отсутствуют.

Обладая отличной техникой пилотирования, в погоне за личной славой летчики стремились вести бой поодиночке, в результате при атаке и преследовании противника, увлекаясь мнимым успехом, забывают об осмотрительности и допускают внезапные атаки противника, чем и объясняются большинство потерь, понесенных эскадрильей «Нормандия» на советско-германском фронте. Об этих недостатках командир дивизии генерал-майор авиации Захаров указывал французским летчикам, что также известно и французской миссии, по тактика группового ведения воздушного боя, коллективная сплоченность в бою эскадрильи прививается медленно».

Вместо погибшего Тюляна командиром «Нормандии» был назначен м-р Пьер Пуйяд. После напряженной боевой работы эскадрилью вывели с фронта для отдыха. К тому времени на ее счету значилось 30 побед, одержанных в пятидесяти боях.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 июля 1943 г. орденами Отечественной войны различных степеней были награждены: Тюлян, Литольф, Дюран, Ле-февр, Дюпра. Вручение наград трем оставшимся в живых летчикам состоялось 3 августа в торжественной обстановке. В тот же день в «Нормандию» прибыло третье пополнение: 23 летчика и два офицера-переводчика, после чего количество пилотов в эскадрилье в 3 раза превысило штатное. После этого началось практическое переформирование «Нормандии» в полк, а само решение об этом было принято еще 5 июля. Французы были переведены в тыл, на аэродром Городечна. Здесь происходило становление новой авиачасти — 1-го отдельного истребительного авиаполка «Нормандия». В его состав вошли четыре эскадрильи: три боевые и одна учебная. Командиром стал м-р Пьер Пуйяд, начальником штаба — к-н И.В. Шурахов, старшим инженером полка — инженер-капитан С.Д. Агавельян. Инженерно-технический состав и штаб полностью состояли из советских солдат, сержантов и офицеров. На вооружение полка поступили новые истребители Як-9, хотя оставалось и несколько Як-1Б. Надо отметить, что «девятки» послужили причиной конфликта между Пуйя-дом и Агавельяном. По прибытии первых самолетов комполка хотел опробовать их в полете, однако инженep запретил это делать, заявив, что машины не с завода, а из ремонтных мастерских, поэтому их состояние оставляет желать лучшего. Пуйяд не поверил и продолжал настаивать на своем. Оба южных человека вспылили, и каждый остался при своем мнении. Однако «Яки» так и не взлетели. Через несколько дней из штаба 1 -й ВА пришло подтверждение правоты Агавельяна. «Высшая инстанция», извиняясь, заявила, что произошла путаница, послеремонтные машины предназначались для других, и скоро «Нормандия» получит действительно новую мат-часть. Так и произошло. Пуйяд оценил настойчивость своего инженера и нашел в себе силы извиниться перед ним.

* В документе допущена ошибка. Вся «Нормандия» в то время воевала на Як-1М. (Прим. ред.)


©AirPages
2003-