Авиация Второй мировой
На главнуюПоиск на сайте English
 
По-2 Боевое применение СССР

Мужская работа

Боевое применение По-2

Начало пути

Впервые У-2 использовал в качестве бомбардировщика пилот ГВФ Юго-Западной авиагруппы П. С. Бевз, воевавший под Одессой. Осталось неизвестным, проводилось ли при этом дооборудование самолета бомбовооружением, либо сброс мелких осколочных бомб и гранат производился вручную; и кем производился сброс — самим пилотом или бомбардиром, находившимся во второй кабине.

На Южном фронте командование, после больших потерь, понесенных ВВС ЮФ летом 1941 г., решило использовать связные У-2 в качестве бомбардировщиков. 25 августа 1941 г. начались испытания переоборудованного в ночной бомбардировщик связного У-2, которые прошли в целом успешно. Прицеливание велось по передней кромке нижнего крыла, бомбы сбрасывались по расчету времени, который был составлен для наиболее часто применяемых высот. Несмотря на достаточно приближенный метод обеспечения точности бомбометания, были достигнуты неплохие результаты, и в сентябре несколько переоборудованных У-2 35-й отдельной эскадрильи начали совершать вылеты на бомбометание. Первым заданием экипажам было поручено уничтожить переправы противника через Днепр в районе Берислава.

На Западном фронте первая боевая операция ночников У-2 была проведена летчиками ГВФ. 5 ноября 1941 г. 12 самолетов Западной авиагруппы бомбили станцию Дорохово, под Москвой.

В те ноябрьские дни 1941 г. Военно-воздушные силы по приказу Ставки приступили к формированию ночных легкобомбардировочных полков. Множество аэроклубов и авиашкол, созданных на территории СССР в предвоенный период, стали базой для их формирования. Но на легкое решение проблемы рассчитывать не приходилось. Имевшиеся в училищах «летающие парты» израсходовали ресурс планера на 40-60%. Моторов М-11 остро не хватало. Летный состав не только не имел никакой практики в ночных боевых действиях и не выполнял никогда противозенитного маневра — он вообще не выполнял полетов ночью и в сложных метеоусловиях. В мирное время от него этого не требовалось. А бомбы с новоиспеченных бомбардировщиков впору было бросать руками, прицеливаясь на глазок. Самолет просто не был приспособлен для бомбометания — отсутствовали пригодные для этой миниатюрной конструкции прицелы, механические сбрасыватели, бомбодержатели... Все приходилось делать с нуля и поневоле экспериментировать.

Методик обучения летного состава для новых полков не существовало, и каждую авиачасть готовили к предстоящим боям по-своему. Например, в Свердловске в 36-м ЗАЛ подготовка летного состава к ночным боевым действиям заключалась в ночных полетах с хорошо освещенного аэродрома при наличии многочисленных световых ориентиров вокруг него (аэродром, как-никак, находился в глубоком тылу), а также в одном дневном и одном ночном бомбометании на каждый экипаж.

Командные кадры для формирующихся полков комплектовались, как правило, за счет «безлошадных» летчиков истребительной и бомбардировочной авиации — тех, кто уже имел некоторый боевой опыт и мог дать молодежи какое-то представление об их будущей боевой работе.

Так, в Омске в формирующийся ночной легкобомбардировочный полк (680-й. впоследствии 901-й, затем — 45-й Гвардейский) частично был передан летный состав, проходивший переучивание на Пе-2. А. А. Меняев, начавший войну в составе 7-го ДБАП, после ранения оказался в Омске, где его назначили командиром нового полка. Перевод на эту должность он воспринял с обидой: после такой современной машины, как ДБ-ЗФ, воевать на почтовике?! Но выбора не было — так как прибывавший из авиашкол и аэроклубов летный состав к боевым действиям оказался совершенно непригоден, и потребность формируемых полков в опытных авиационных командирах была острейшей.

А.А. Меняев организовал вывозку прибывших экипажей, в течение месяца самостоятельно обучил их ночным полетам. Позже, когда появились потери от зенитчиков, работавших в связке с прожекторами, организовали обучение летного состава полетам в свете зенитных прожекторов.

В первые дни действий на фронте еще давали о себе знать неотработанность тактики применения У-2 в качестве бомбардировщика, необученность летного состава.

Пожалуй, первой операцией, которая заставила говорить об У-2 с уважением, стала атака частей противника в г. Клин. 9 декабря 1941 года 702-й НБАП подверг цель усиленной бомбардировке. На следующее утро пришла телеграмма из Москвы: «Немедленно сообщить фамилии летавших на эту цель». Поручение оперативно выполнили, и всех авиаторов, перечисленных в списке, наградили орденами. Командиру эскадрильи старшему лейтенанту Людвигу вручили орден Ленина.

* * *

На Юго-Западном фронте первым подразделением ночных бомбардировщиков У-2 стал 3-й авиаотряд Особой авиагруппы ГВФ. Он начал выполнять задания по бомбометанию с декабря 1941 г. Первоначально экипажам ставилась задача сжигать населенные пункты, в которых расквартировывались войска противника, поэтомл' боезапас авиачасти состоял в основном из мелких осколочных и зажигательных бомб. Их загружали в кабину штурмана, тот вручную кидал их на цель. Потом стали использовать так называемые «ведра Ониско» — трехсекционные контейнеры для мелких бомб. Впрочем, их установили лишь на две машины — больших запасов этих «ведер» авиагруппа, видимо, не имела.

По прошествии некоторого времени командование поняло, что для нанесения ощутимого ущерба противнику следует изменить тактику действий. Стали использоваться фугасные бомбы. Два самолета оборудовали установками PC. На этих У-2 экипажи вели «свободную охоту» за паровозами и автотранспортом на коммуникациях противника. К июлю 1942 г., когда отряд был переведен на транспортную и связную работу, он выполнил 615 ночных вылетов на бомбометание и свободную охоту в ближнем тылу противника.

На Северо-Западный фронт полки У-2 прибывали со всей страны. Уже на месте летному составу приходилось доучиваться от 20 дней до 4 месяцев. Хотя ввод в бой затягивался, задержка, в конечном счете, пошла на пользу делу. С самого начала боевой работы в феврале 1942 г. полки У-2 демонстрировали великолепные результаты. 17 февраля, например, бомбардировщики атаковали батальон противника на марше, были уничтожены около 40 солдат и офицеров: занявшие тот район части Красной Армии взяли многочисленные трофеи.

В январе 1942 г. на Западном фронте в составе 12-й САД начал работать 703-й НБАП. Вскоре дивизия пополнилась 681-м и 734-м ночными легкобомбардировочными полками. Ввиду чрезвычайной ситуации их попытались с первых же дней использовать для дневного бомбометания по войскам противника. Ничего хорошего из этого не вышло. 681-й НБАП первый свой дневной вылет выполнил 15 января 1942 г.. в ясную погоду при густой дымке. Домой не вернулись 3 бомбардировщика, сбитых истребителями Bf 110. D следующем дневном вьыете полк вновь понес потери. В результате к исходу первой недели боевой работы численность 681-го и 734-го НБАП сократилась наполовину. Лишь после этого командование армии, в состав которой входила дивизия, видимо, поняло ущербность тактики «победа любой ценой» и больше не назначало «ночников» на дневную работу.*

12-я авиадивизия стала практически первым соединением ночных легких бомбардировщиков в ВВС КА. К 18 января 1942 г. в ее составе насчитывалось два полка самолетов Р-5 и четыре полка У-2 — всего 71 исправная машина. Боевую зарядку У-2 составляли бомбы АО-25, позднее к ним добавились ЗАБ-50; бомбовая загрузка не превышала 100 кг на самолет. Использование вышеупомянутых боеприпасов нельзя признать достаточно эффективным, поскольку иногда бомбометание приходилось выполнять и по танковым колоннам, и по укрепленным точкам на переднем крае, против которых легкие бомбы были бессильны. Однако имелись на то объективные причины: нагружать бывшие аэроклубные самолеты с изношенными планерами и моторами бомбами большого калибра не рисковали. Сказывались, конечно, и неотработанность тактики, и отсутствие бомб на складах: в боевой работе дивизии с первого дня войны не использовались бомбы калибра большего, чем 50 кг — даже в период пребывания в ее составе полков Пе-2.

Тем не менее, сложности и неудачи на первых этапах применения У-2 не могли скрыть большого потенциала, заложенного в машине. Прежде всего, решено было уйти от самодеятельности в подготовке летных кадров для легкобомбардировочных полков. В июне 1942 г. в чувашском городе Алатырь сформировали 46-й запасной авиаполк. В его задачу входила подготовка летных экипажей для боевых действий на У-2.

Поначалу существовали трудности с матчастью. Тренировочные самолеты, приспособленные для ночных полетов, можно было пересчитать по пальцам. Не хватало машин и для формируемых полков. Позднее, по мере расширения производства военных вариантов У-2, экипажи, проходившие в Алатыре подготовку к ночным полетам, там же получали и боевые машины — У-2 с моторами М-11Г, Д, ПФ, производство которых наладили на казанском заводе № 387 — и на них отправлялись на фронт.

Продолжительность подготовки летного состава в 46-м ЗАЛ была недостаточной: налет на каждый экипаж редко превышал 15 часов, и всерьез говорить об их готовности немедленно по окончании обучения приступить к боевым действиям не приходилось. Поэтому, во избежание ненужных потерь, по прибытии из Алатыря на фронт экипажи «разбивали»: летчиков направляли к опытным штурманам, штурманов — к опытным летчикам. Если этого не делалось, новички нередко сбивались противником в первых же боевых вылетах.

* - До весны-лета 1942 г. авиачасти, за исключением сил РГК и ВМФ, подчинялись командованию сухопутных армий.


©AirPages
2003-