Авиация Второй мировой
На главнуюПоиск на сайте English
 
Ил-2 Ил-2 5.07.1943 Боевое применение СССР

Штурмовик «Ил-2»

В.И. Перов, О.В. Растренин

На приморских направлениях

По мере высвобождения от действий на сухопутном фронте ВВС ВМФ КА с конца 1942 г. практически полностью переключаются для действий на морских коммуникациях, так как к этому времени противник резко увеличил интенсивность переброски своим войскам пополнения, боеприпасов, техники и других грузов на транспортах.

К действиям на морских коммуникациях авиация флота приступила сразу же после директивы наркома ВМФ адмирала Н.Г.Кузнецова № 16630 от 26.09.42 г.

По состоянию на 01.07.43 г. в составе авиации флотов имелось 164 Ил-2 всех модификаций, из них 75 Ил-2 воевали в составе ВВС ЧФ, 61 Ил-2 - в составе ВВС КБФ и 28 Ил-2 - в составе ВВС СФ.

На Черноморском театре боевых действий германское командование всеми силами стремилось удержать захваченную территорию с целью дальнейшего развития боевых действий на Кубани. На Таманском п/о создавались мощные оборонительные укрепления и войсковая группировка. Успешое же наступление войск Южного и Заказвказского фронтов в январе 1943 г. поставило немецкую группировку на Таманском полуострове в полную зависимость от морских перевозок. В этой связи коммуникация Керченский полуостров -Таманский полуостров для немцев приобрела особо важное значение.

Боевое снабжение и пополнение войск 17-й армии вермахта на Таманском п/о проводилось из Крыма через порты Керченского пролива и по коммуникации Керчь-Анапа. Основным портом погрузки являлась Керчь, а вспомогательными - Феодосия и Камыш-Бурун. Портами разгрузки были: Тамань, Сенная, Темрюк, Анапа, Гадючий Кут, коса Чушка и Анапа. Для обеспечения своих войск в Крыму и на Керченском п/о противник использовал коммуникации Констанца - Сулина - Одесса - Севастополь, Севастополь - Феодосия - Керчь.

Небольшие расстояния от районов прохождения ближних морских коммуникаций противника до линии фронта обуславливало их чрезвычайно высокую насыщенность огневыми средствами противовоздушной обороны, а небольшое их удаление от аэродромов базирования штурмовиков Ил-2 вынуждало немецкое командование использовать наименее уязвимые транспортные плавсредства - быстроходные десантные баржи (БДБ) типа "F" (серий "А", "В", "С", "D"), самоходные паромы (СП) типа "Зибель", штурмботы PiLB (типа "39", "40", "41" и "42") и ряд других транспортов малого тоннажа.

Поскольку применяемые противником плавсредства имели малые размеры и обладали высокой маневренностью, то эффективность бомбовых ударов по ним скоростных бомбардировщиков типа Пе-2 и А-20 "Бостон" оказалась очень невысокой. Поэтому для борьбы с перевозками противника на ближних коммуникациях были задействованы штурмовики. На участках Феодосия - Керченский пролив, Керченский пролив - Анапа "работали" Ил-2 8-го гвардейского (до 01.03.43 г. - 18-й шап) и 47-го штурмовых авиаполков, которых прикрывали 6-й гвардейский и 9-й иап, а на участке между портами Таганрог - Мариуполь -Осипенко - 23-й отдельный шап, который после освобождения Ейска был перебазирован на аэродром Ейск. Позже для работы на ближних коммуникациях дополнительно был выделен 40-й бап на Пе-2.

Штурмовики 8-го гшап, 47-го шап и Пе-2 40-й бап базировались на аэродромный узел Геленджик, откуда Ил-2 могли действовать до Керченского п/о. Впоследствии, с освобождением Новороссийска и Таманского полуострова, группа перелетела на аэродромы Анапа, Анапская и Витязевская. С этих аэродромов Ил-2 11-й шад уже могли "дотянуться" до порта Феодосии, а "пешки" - до севастопольского меридиана.

Перевозка грузов на коммуникациях производилась противником посредством системы конвоев и отдельных транспортов при сильном охранении из сторожевых кораблей и тральщиков.

Непосредственно в прибрежной зоне корабли и транспорты, как правило, прикрывались с воздуха истребителями в количестве от 2 до 4 Bf 109 и Fw 190, которые при приближении советских самолетов завязывали воздушный бой и вызывали по радио свои истребители, дежурящие на аэродромах и площадках подскока. Отмечались случаи перехода конвоев БДБ без охранения из надводных кораблей, но с сильным прикрытием истребителей.

Интенсивность морских перевозок достигала 2-3 конвоев в сутки (туда и обратно), а наличие промежуточных портов (или стоянок) позволяло немцам организовывать переходы и в темное время суток.

Сначала конвои состояли из 5-8 единиц траспортных средств и 2-3 сторожевых катеров, однако к середине лета численность конвоев возросла до 12-15 единиц, включая по 10-12 БДБ и 3-5 СКА.

Особенно важной была борьба с БДБ, поскольку они являлись основными плавсредствами, с помощью которых немецкое командование осуществляло перевозки грузов в прибрежной зоне.

Обычно конвои шли в виде компактной группы барж и катеров охранения. БДБ следовали в строю кильватера в 100-150 м одна от другой. Однако по мере возрастания эффективности бомбоштурмовых ударов Ил-2, БДБ и катера охранения при обнаружении советских штурмовиков рассредоточивались, перестраивались в шахматный порядок и производили энергичное маневрирование, меняя курс и ход, стремясь при этом удерживать штурмовики на носовых курсовых углах.

Надо признать, немецкие БДБ - маневренные, низкобортные, имеющие 20-мм бронирование вокруг моторного и рулевого отделения, а также мощные огневые средства ПВО (два универсальных орудия калибра 75 мм или 88 мм и два-четыре зенитных 20-мм или 37-мм автоматов), были серьезным противником для экипажей Ил-2. При атаках БДБ от летчиков-штурмовиков требовалось большое умение и железная выдержка. Сильная ПВО групп БДБ требовала от летчиков-штурмовиков умелого противозенитного маневра, а сильное противодействие истребителей люфтваффе требовало скрытного подхода к цели и надежного прикрытия штурмовиков своими истребителями.

Отметим, что для успешных боевых действий штурмовиков на коммуникации Керчь-Анапа было очень важно обнаружить немецкий конвой именно на выходе из Керченского пролива или из порта Анапа. В противном случае штурмовики не успевали осуществить удар по конвою при переходе его морем. Дело в том, что участок Благовещенская-Панагия, являвшийся центром коммуникации Керчь-Анапа и проходивший вдоль береговой черты в непосредственной близости от берега, отстоял от аэродрома Геленджик в 25-30 мин полета самолетов Ил-2, тогда как протяженность участка равнялась всего 40 км, и БДБ противника проходили это расстояние за 2,5-3 часа.

Полет по маршруту групп штурмовиков, если их было больше пяти, производился в строю "клин". Такой строй обеспечивал самооборону от истребителей противника и обеспечивал компактность группы штурмовиков и истребителей прикрытия. Группы в составе до пяти самолетов полет совершали в строю "пеленг". Выход в атаку производился последовательно, по одному самолету или парами, по сигналу ведущего с растягиванием на дистанцию до 150-200 м. Атака, как правило, выполнялась в 2-3 заходах (иногда и более) в зависимости от обстановки.

Удары по БДБ "Илы" производили со стороны моря с пикирования (до 25-30°) с высот 600-800 м с применением фугасных (обычно ФАБ-50) авиабомб, реактивных снарядов (РОФС-132 или РС-82), пушечного огня и гранулированным фосфором с использованием выливных авиаприборов типа ВАП-200 (по два на самолет).

Атаку Ил-2 старались произвести под углом 90° к курсу баржи - в противном случае, удар был не эффективен. Огонь из пушек и PC открывался с дистанции не более 500 м и велся до минимально возможных по безопасности дистанций (150-200 м). В первом заходе на выходе из пикирования сбрасывались авиабомбы. В последующих заходах производилась стрельба РСами. Как в первом, так и в последующих заходах штурмовики вели обстрел цели пулеметно-пушечным огнем. Выход из атаки производился змейкой со скольжением до выхода из зоны зенитного огня.

Анализ боевого опыта показывает, что в типовых условиях атаки вероятность поражения БДБ одиночным Ил-2 при израсходовании стандартного при атаках БДБ боекомплекта штурмовика (4 РОФС-132, 6 ФАБ-50) с учетом ответного огня средств ПВО баржи составляет не более 0,2. При этом принималось во внимание, что огонь из пушек не обеспечивает поражение БДБ, а влияет на эффективность работы зенитных расчетов баржы и наносит поражения личному составу и грузам на палубе.

То есть для гарантированного потопления одной БДБ в типовых условиях боев необходимо выделять наряд сил, как минимум, в 8-10 Ил-2. Однако, в этом случае хотя бы один Ил-2 сбивался, а 2-4 - повреждались огнем зенитной артиллерии.

Но не только зенитные расчеты БДБ и кораблей охранения встречали штурмовиков над целью. Летчикам-черноморцам активно противодействовали истребители люфтваффе. Для прикрытия коммуникации Керчь-Анапа противник на аэродромах Анапа и Тамань сосредоточил в общей сложности до 80 истребителей и, кроме того, на площадке поскока в районе Благовещенская находилось еще до 10-12 истребителей.

Надо признать, истребители люфтваффе действовали в этот период весьма эффективно и целеустремленно. В действиях же советских истребителей сопровождения и штурмовиков имелись серьезные недостатки.

Дело в том, что поначалу из состава истребителей сопровождения штурмовиков 6-8 машин выделялись для непосредственного прикрытия и 4 истребителя - в качестве ударной группы. В задачу ударной группы входила расчистка воздушного пространства над целью. Полет групп происходил на одной высоте. Группы непосредственного прикрытия занимали оборону со стороны вероятного появления истребителей противника, ударная группа выдвигалась вперед к цели. Практика показала, что такая организация прикрытия была малоэффективной, так как немцы всегда очень умело и быстро наращивали силы над районом цели и в этом случае сил ударной группы было недостаточно для выдавливания немецких истребителей из района целей, а сил группы прикрытия - для отражения атак истребителей люфтваффе из состава группы подкрепления. Положение усугублялось еще и тем, что истребители прикрытия, как правило, увлекались воздушным боем с противником и оставляли своих подопечных без защиты. Необходимого взаимодействия между истребителями и штурмовиками не получалось. Кроме того, при вступлении в воздушный бой истребители прикрытия сразу же рассыпались и никакого взаимодействия в парах, а также между парами не получалось. Бой проводился преимущественно на виражах. Маневр в вертикальной плоскости не применялся, так как летчики в тот период недостаточно еще владели самолетом Як-1. При ведении воздушного боя стрельба велась неприцельно, длинными очередями и с больших дистанций. В результате обе группы истребителей сопровождения и штурмовики несли большие потери.

Например, 29 марта 1943 г. 5 Ил-2 47-го шап (ведущий - комэск м-р В.Х.Кунях) под прикрытием 6 Як-1 6-го гиап в 13.00 наносили бомбоштурмовой удар по БДБ и СП "Зибель" в порту Гадючий Кут. Истребители сопровождения в районе цели потеряли штурмовиков и возвратились на аэродром одни. С задания не вернулись четыре Ил-2.

В этот же день 6 Ил-2 8-го гшап под прикрытием 7 Як-1 уничтожали плавсредства в Керченском проливе. Ударная группа прикрытия из 3 Як-1 в районе цели потеряла штурмовиков и возвратилась на свой аэродром. На отходе от цели через Азовское море штурмовики и непосредственное прикрытие из 4 Як-1 были атакованы 20 Bf109. В результате воздушного боя не вернулись с задания 3 Ил-2, один подбитый Як-1 сел на вынужденную посадку на своей территории, остальные самолеты произвели посадку на аэродроме Поповичевская 4-й ВА.

Всего же в течение января-июня 43-го 6-й гиап, проведя 220 воздушных боев, безвозвратно потерял 30 истребителей Як-1, из них: 29 "Яков" были потеряны при сопровождении штурмовиков и лишь одна машина - при решении задачи ПВО порта Геленджик. После таких потерь полк был выведен на переформирование, а его место занял 9-й иап.

К сожалению, вследствие поспешного ввода в боевую работу молодого летного состава 9-го иап, не имевшего достаточного боевого опыта, в первые же дни боев полк понес большие потери. Проведя в июне всего 14 воздушных боев с истребителями люфтваффе, полк потерял 11 Як-1. Такое же количество машин полк потерял и в июле. Потери противника за два месяца по официальным данным составили 17 самолетов.

Позже была сделана попытка перейти к сопровождению только одной группой истребителей, которая создавала над штурмовиками своеобразный "купол". Однако истребители люфтваффе перешли к эшелонированным атакам парами сверху с разных высот. В ответ на это группы истребителей сопровождения Ил-2 также стали эшелонироваться по высоте, что затруднило маневрирование истребителей люфтваффе по вертикали. Тогда истребители противника стали атаковывать штурмовики одновременно сверху и с бреющего полета. Способ прикрытия Ил-2 был вновь изменен. Вернулись к формированию двух групп истребителей - ударной и непосредственного сопровождения. Истребители непосредственного прикрытия на маршруте стали ходить над штурмовиками с превышением 100-200 м, а над целью - прикрывать вход и выход из атаки на высоте ниже 600 м. Ударная группа истребителей на маршруте шла сзади или сбоку со стороны солнца и выше на 400-500 м. Над целью она действовала на этих же высотах, прикрывая общий район действия штурмовиков. Потери штурмовиков снизились.

Несмотря на столь великие трудности, черноморцы добились определенных успехов в уничтожении БДБ и других плавсредств противника.

Так, 19 мая 4 Ил-2 8-го гшап под прикрытием 10 Як-1 из 6-го гиап в районе Благовещенской атаковали конвой "Kleiner Bar-89" в составе 4 БДБ. Выход на конвой штурмовики выполнили на бреющем полете, а атаку - с планирования под углом 10° с предварительным подскоком до высоты 350 м. На подходе к конвою "Илы" были встречены сильным заградительным зенитным огнем. По докладам экипажей уже в первом заходе удалось потопить одну БДБ. Успех сопутствовал к-ну Н.И.Николаеву. От прямых попаданий PC и бомб взорвалась вторая БДБ. На втором заходе огнем ПВО конвоя был сбит Ил-2 лейтенанта А. Колесника (воздушный стрелок сержант А.Ильченко). Экипаж погиб. Однако была потоплена еще одна БДБ. В третьем заходе получила повреждения и четвертая БДБ. От уничтожения ее спасло только то, что штурмовики израсходовали боезапас. Все Ил-2 от зенитного огня получили значительные повреждения и многочисленные пробоины.

Немецкие документы подтверждают потопление советскими штурмовиками в районе Благовещенской двух БДБ (координаты 44°53' с.ш. и 37°20' в.д.): артиллерийская БДБ AF70 и БДБ F376A. Третья БДБ - F304A - была уничтожена в этот день в районе Тамани (координаты 45°03' с.ш. и 36°44* в.д.).

27 мая 6 Ил-2 8-го гшап при атаке конвоя "Geleit-97" в 3 милях восточнее м. Железный Рог (Витязевский Лиман) потопили БДБ AF24.

30 мая 6 Ил-2 47-го шап (ведущий - комэск м-р В.Х.Кунях) в сопровождении 8 Як-1 атаковали у Анапы на удалении 2-3 км от берега 3 БДБ с боезапасом и войсками, прикрытых 8 Bf 109 и 12 Fw 190. Прямыми попаданиями бомб и PC потоплены две БДБ. Третья БДБ получила повреждения, накренилась и потеряла ход. На подходе к цели и во время атаки Ил-2 подверглись сильному зенитному огню с БДБ и атакам немецких истребителей. От прямого попадания зенитного снаряда один Ил-2 упал в районе конвоя. "Яки" 6-го гиап не смогли прикрыть своих подопечных, и часть истребителей люфтваффе прорвалась к штурмовикам. В завязавшемся жестоком бою воздушный стрелок ст.краснофлотец Н.И.Орлов подбил один "мессершмитт", который, сильно дымя, ушел со снижением в сторону Анапы. Один "фоккер" завалил из "Березина" мл. л-т Ф.П.Удовиченко, летевший за воздушного стрелка у комзвена И.И.Шкарупило. Однако паре Bf109 удалось сосредоточенным огнем поджечь их Ил-2. С большим трудом раненый Шкарупило дотянул до своего аэродрома и посадил горящий самолет на фюжеляж. Экипаж удалось спасти и отправить в госпиталь. С боевого задания не вернулись 3 экипажа в составе: комзвена к-на А.В.Леонова и воздушного стрелка с-та Е.М. Ночевного, мл. л-та И.В.Сердитова и воздушного стрелка краснофлотца М.Г.Яценко, пилота краснофлотца Г.И. Долженко и воздушного стрелка с-та Г.Т.Карманова.

Немецкие документы подтверждают потопление в этот день штурмовиками 47-го шап у Анапы только одной БДБ F332A из состава конвоя "Geleit-99" (координаты - 44°53' с.ш. 37°18' в.д.).

Согласно данным противника, при атаке конвоя "Geleit-134" 7 июля у Анапы штурмовики-гвардейцы 8-го гшап повредили 3 БДБ, а 10 июля - еще одну БДБ из состава конвоя, идущего на Анапу. Удар штурмовиков 8-го гшап 10 июля примечателен тем, что противник применил новый тактический прием. В районе м. Железный Рог 8 Ил-2 (ведущий - к-н Н.И.Николаев), под прикрытием 12 Як-1 9-го иап, обнаружили рассредоточенные в шахматном порядке 7 БДБ и 3 сторожевых катера. Такое тактическое построение конвоя было для летчиков-черноморцев новинкой. Учитывая тактическое построение конвоя, штурмовики разделились. Каждое звено выбирало себе цели самостоятельно. Удар наносился парами в составе звеньев. Каждая пара Ил-2 атаковала по одной ВДБ. В первом заходе применялись бомбы и PC, во втором - пулеметно-пушечное вооружение. На отходе от цели экипажи наблюдали 4 горящие БДБ. От зенитного огня 4 "Ила" получили серьезные повреждения. Уже на подлете к своему аэродрому на Ил-2 с-та Полуэктова отказал мотор. Пришлось садиться с убранными шасси на лес. По счастью, экипаж остался жив.

16 июля 43-го семерка Ил-2 8-го гшап и 10 Як-1 из 9-го иап в районе Благовещенской перехватили конвой "Geleit-142" в составе 8 БДБ, которые шли из Анапы в сторону Керчи под охранением 4 сторожевых катеров. Несмотря на сильное истребительное противодействие в районе цели (на подходе к конвою группа был атакована 8 Fw190 и 6 Bf109), "ильюшины" сумели выполнить по БДБ два захода. В результате в 14.15 был потоплен штурмбот PiLB типа "40" и одна БДБ загорелась. "Якам" из группы прикрытия не удалось надежно защитить своих подопечных - их связали боем "фоккеры". "Мессершмитты" ударили по "горбатым".

Ил-2 командира звена ст.л-та Н.Кладиноги (за воздушного стрелка с ним летел штурман полка к-н О.Смирнов) во время атаки был сбит сосредоточенным огнем двух "мессершмиттов". Экипаж погиб. В отместку воздушные стрелки двух "Илов" на пару завалили один Bf109. На отходе от цели "мессы" сбили "Ил" мл. л-та С.Чернеги (воздушный стрелок ст.с-т В.Ермаков). Машина упала в море. Экипаж погиб. Активно защищаясь, группа "ильюшиных" встала в "круг", однако противнику все же удалось сбить еще один Ил-2. Погибли ст. л-т В.Петрашин и воздушный стрелок С.Иванов. Оставшиеся 4 "Ила", два из которых имели серьезные повреждения, сбив ответным огнем "мессершмитт", резко снизились до бреющей высоты и прорвались к своему аэродрому...

Не все получилось у экипажей 8-го гшап и 6 августа. В этот день 10 Ил-2 в сопровождении 11 Як-1 на подходе к Керченскому проливу в двух заходах нанесли бомбоштурмовой удар по конвою в составе 4 БДБ и 4 СКА. Атака производилась с крутого планирования 25-30° с высоты 800 м, первый заход -под углом 10-25° к направлению движения конвоя, второй заход - под 90°. Истребители непосредственного прикрытия (4 Як-1) держались над штурмовиками, остальные - прикрывали Ил-2 при входе их в атаку и при выходе из нее. К сожалению, во время атаки экипажи Ил-2 действовали скученно, в результате чего несколько самолетов были вытеснены и не смогли выполнить повторного захода на цель. Тем не менее, по докладам экипажей штурмовиков и истребителей прикрытия в результате удара была потоплена одна баржа, на двух других были вызваны пожары. Над целью и в момент отхода от цели самолеты были обстреляны сильным огнем малокалиберной зенитной артиллерии и автоматов. Почти все Ил-2 получили повреждения, а два Як-1 из группы непосредственного прикрытия были потеряны.

Несмотря на неудачу, уже через четыре дня черноморские штурмовики смогли доказать противнику, что они уже набрали необходимый опыт и могут наносить удары по кораблям и транспортам четко, грамотно и эффективно.

В 6.35 10 августа воздушная разведка по радио донесла, что в районе Панагия - м. Железный Рог обнаружены 8 БДБ противника с грузом и живой силой, идущих на Анапу в двухкильватерной колонне под охраной четырех СКА в голове колонны. Для удара по конвою вылетели 7 Ил-2 8-го гшап (ведущий к-н Вартаньян) под прикрытием 10 Як-1 9-го иап (ведущий к-н Азаров). В 7.55 в районе оз. Соленое с высоты 900 м штурмовики атаковали БДБ (координаты 45° с.ш. и 36°38" в.д.) с крутого планирования под углом 25-30°. Первый заход выполнялся в боевом порядке "фронт" самолетов с правого борта. Обе атаки производились под углом 80-90° к курсу кораблей. После атаки штурмовики выполнили поворот "все вдруг" и атаковали конвой с левого борта с высоты 25-50 м. БДБ поражались бомбами ФАБ-50, АО-25, РОФС-132, РС-82, пулеметно-пушечным огнем и гранулированным фосфором. Конвой противника во время удара маневрировал, меняя курс и ход, перестраивался в шахматный порядок. В результате удара были потоплены одна БДБ и один СКА, две БДБ загорелись, и люди с них прыгали в воду. На отходе от цели группа была атакована 4 Bf 109 и 2 Fw 190, однако хорошее управление и взаимодействие штурмовиков с истребителями прикрытия в бою обеспечили группу от потерь.

Кроме борьбы с морскими грузоперевозками противника, штурмовики-черноморцы вели борьбу на коммуникациях и с немецкими и итальянскими торпедными катерами (ТКА), которые весьма активно действовали у побережья Северного Кавказа, срывая снабжение частей 18-й десантной армии генерал-лейтенанта К. Н. Л еселидзе на Мысхако и ВМБ Геленджик на участке Туапсе-Геленджик-Мысхако.

Торпедные катера в этот период действовали главным образом в темное время суток. Поиск и атаки конвоев ТКА производили, как правило, маскируясь на фоне темной части горизонта. За один-два часа до наступления рассвета уходили в свою базу.

Особую опасность ТКА противника стали представлять в августе-сентябре 43-го в период подготовки и проведения войсками Северо-Кавказского фронта совместно с Черноморским флотом и Азовской флотилией Новороссийско-Таманской операции (09.09-09.10.43 г.) по ликвидации Таманского плацдарма 17-й армии вермахта, обспечивавшего ей оборону Крыма с востока и возможность наступления на Кавказ.

С целью перехвата и уничтожения ТКА командир 11-й шад п-п-к А.А.Губрий в середине августа 43-го выдвинул на прибрежные аэродромы дежурные группы Ил-2, которые находились днем в 20-ти минутной готовности к боевому вылету. Разведданные о перемещениях торпедных катеров противника поступали от 30-го орап, 119-го морского pan и 82-й отдельной раз.

Уже 23 августа штурмовики 11-й шад перехватили на переходе морем 9 германских ТКА. В результате удара, нанесенного 10 Ил-2 8-го гшап, 4 "Киттихауков" 30-го орап, 12 "Аэрокобр" и 6 Як-1, в течение 41 минуты (с 5.30 и до 6.11), по докладам экипажей, были потоплены 3 торпедных катера и один сильно поврежден. Прямых попаданий авиабомб не наблюдалось - поражение катеров обеспечивалось применением стрелково-пушечного и ракетного оружия. Немецкие источники подтверждают лишь повреждение двух ТКА - S46 и S49, но не 23, а 24 августа в период 4.45-5.00.

29 августа в 6.45 воздушной разведкой флота в 50 милях юго-восточнее Феодосии была обнаружена группа из 7 немецких ТКА, следовавших в двухкильватерной колонне со скоростью 20 узлов. Уже в 7.58 катера были атакованы 6 Ил-2. Штурмовиков прикрывали 6 Як-1. "Ильюшины" с высоты 600-50 м под углом 15° к курсу катеров выполнили четыре захода с применением бомб и пулеметно-пушечного огня. Один ТКА получил серьезные повреждения, на двух других возникли пожары. Часть Ил-2 получили повреждения от зенитного огня немцев.

В 8.06 над целью появилась вторая группа Ил-2 в составе четырех самолетов, прикрываемая 4 Як-1. Штурмовики выполнили 5 заходов с высоты 700-50 м под углом 20-30° к курсу катеров. Бомбы легли рядом с катерами, от пушечного огня один катер получил повреждения, на двух других возникли пожары.

В 8.16 немецкие торпедные катера были вновь атакованы группой "Илов" (третьей по счету в составе 4 Ил-2, сопровождаемых 4 Як-1 и 2 "Киттихауками"), которая выполнила три захода под углом 25-90° к курсу цели. Зенитный огонь противника был уже слабым. Прямых попаданий бомб опять не наблюдалось.

Немецкие документы подтверждают повреждение трех ТКА из состава немецкой флотилии I.S.-Flo, которые были трижды атакованы советскими самолетами: в 7.15, в 8.06 и в 8.16.

Несмотря на достаточно успешное применение Ил-2 против немецких ТКА, первые же бои с ними выявили слабые стрелковую и тактическую подготовки летного состава штурмовых авиаполков флота и, кроме этого, показали, что наибольший успех при атаке малоразмерных скоростных морских целей достигается применением реактивных снарядов и пушечного огня. Необходимо было срочно вносить коррективы в учебно-боевую программу подготовки летчиков-штурмовиков флотов...

Последующие события сентября-октября 43-го выявили серьезный просчет советского командования в организации и планировании боевых действий штурмовой авиации флота, собственно, как и всех ВВС ЧФ. В период проведения новороссийско-таманской операции Ил-2 были задействованы главным образом по наземным целям, обеспечивая огнем продвижение войск 18-й и 56-й армий, тогда как действия штурмовиков по плавсредствам противника в море и в базах были довольно эпизодичными и не носили целеустремленного массированного характера. Как следствие, соединения 17-й армии генерала Э.Енеке отошли в Крым, сохранив большие силы. Немецкому командованию удалось переправить с Таманского п/о через Керченский пролив 177 355 немецких солдат и офицеров, 50 139 солдат и офицеров союзников, 28 236 бойцов "Хиви" (вспомогательные боевые части, сформированные из числа крымских татар), 87 456 человек гражданского населения, 72 899 лошадей, 27 791 повозку, 21 230 автомашин, 1815 орудий, 74 штурмовых орудий и танков, а также 115 477 тонн различных военных грузов (из них: боеприпасов - 27 670 т., продовольствия -29 500 т., фуража - 13 940 т.). Только в период с 8 по 10 октября в Севастополь прибыло около 200 пласредств с техникой и войсками.

То есть главная цель - полностью прервать коммуникации таманской группировки противника ВВС ЧФ - решена не была.

Безвозвратные потери немецкого флота в Керченском проливе, Азовском и Черном морях от воздействия Ил-2 ВВС ЧФ по подтвержденным противником данным с 09.09 по 09.10.43 г. составили всего 9 боевых кораблей и малых судов и, кроме того, не менее 13 единиц плавсредств были повреждены. Общие же безвозвратные потери немцев от авиации Черноморского флота в этот период составили 27 плавединиц...

13 октября 1943 г. Ставка ВГК утвердила разработанный штабами Северо-Кавказского фронта и Черноморского флота план операции по освобождению всего Керченского п/о (вплоть до рубежа Владиславки). Десантная операция планировалась с целью захвата двух плацдармов на Керченском п/о, последующего накапливания на них основных сил 18-й и 56-й армий и наступательных действий в направлении на Керчь, Михайловка, Ивановка, ст.Багерово. Основной десант в составе 55-й, 32-й и 2-й гвардейской сд 56-й армии при поддержке 4-й ВА высаживался в районе северо-восточнее Керчи на участке Варзовка, Баксы, Опасная. Десант 18-й армии, игравший вспомогательную роль, намечалось высадить южнее порта Камыш-Бурун (Эльтиген) с задачей захвата плацдарма на участке Камыш-Бурун, м.Такиль. Высадка у Эльтигена была назначена в ночь на 1 ноября, а десанта на главном направлении - на 3 ноября.

Для обеспечения десантной операции в районе Эльтигена была создана сводная морская авиагруппа ВВС ЧФ, в состав которой, помимо флотских авиачастей, вошла 214-я шад 4-й ВА, имевшая 58 Ил-2 и 28 ЛаГГ-3. Всего группа имела 230 боевых самолетов, из них: Пе-2 - 25, Ил-2 -113, истребителей разных типов - 92.

В период с 1 по 2 ноября, т. е. с момента высадки десанта и до момента его закрепления в поселке Эльтиген, штурмовики Ил-2 сводной морской авиагруппы непрерывными бомбоштурмовыми ударами в составе по 8-10 самолетов в группе уничтожали огневые точки и технику противника на плацдарме, обеспечивая огневой подержкой десантников, позиции которых противник в течение этих двух дней атаковал 37 раз, в том числе с применением танков. Только благодаря напряженной "работе" штурмовиков морской авиагруппы все контратаки противника были отбиты с большими для него потерями.

Так, экипажи 11-й шад, выполнив в течение 1 и 2 ноября 263 боевых самолето-вылетов, доложили об уничтожении 8 танков, 33 автомашин и 4 минометных батарей. Кроме того, штурмовики подавили огонь 4 артбатарей, одной батареи ЗА и 4 батарей МЗА и подбили одну БДБ. В воздушных боях над полем боя сбиты 2 "мессера". Свои потери составили 4 Ил-2 и 2 истребителя.

В последующие дни активность штурмовиков Ил-2 на эльтигентском плацдарме несколько снизилась, но их действия оставались эффективными.

Отличную работу штурмовиков подтверждают и документы противника. В журнале боевых действий 5-го армейского корпуса вермахта имеются такие записи: "...3.11.1943 г. ...Сильная поддержка десантников на обоих плацдармах русской штурмовой авиацией.

...4.11.1943 г.... Сильную поддержку русским оказывают штурмовики. ...5.11.1943 г. ... Сильно действует русская авиация" и т.д.

Особенностью этих боев являлось применение штурмовиков Ил-2 для постановки дымовых завес в обеспечении отхода пласредств 3-го отряда высадочных средств Черноморского флота после выгрузки десанта и грузов.

Начиная с 6 ноября штурмовые авиаполки морской авиагруппы приступили к сбросу в расположение десантников боеприпасов, медикаментов и продовольствия, а вскоре флотским экипажам группы пришлось поработать и по портам Камыш-Бурун, Феодосия, Киик-Атлама, в которых противник сосредоточил 36 БДБ, 37 ТКА, 25 сторожевых катеров и 6 тральщиков и с началом высадки советских десантов дополнительно еще около 60 БДБ.

Дело в том, что, несмотря на полное превосходство Черноморского флота на море, немецкие БДБ и ТКА, базировавшиеся в этих портах, уже к 9 ноября сумели блокировать с моря плацдарм у Эльтигена и нарушить нормальное движение советских конвоев на коммуникации Туапсе-Тамань. Отряды БДБ и ТКА (до 8-10 плавединиц) каждую ночь ходили в 700-800 м от берега в районе высадки десанта, маскируясь на его фоне. Перед рассветом БДБ и ТКА уходили на свои базы. Обнаружив советские катера и высадочные плавсредства, немцы открывали по ним интенсивный огонь из всех имеющихся средств поражения. Поскольку немецкие БДБ были значительно сильнее по вооружению и бронезащите сторожевых (СКА) и бронекатеров (БКА) Черноморского флота, то последние не могли успешно противостоять противнику в артиллерийской дуэли и несли потери. Применение же крупных боевых кораблей ЧФ в узком и мелководном Керченском проливе полностью исключалось из-за минной опасности и угрозы с воздуха. В итоге, уже начиная с 3 ноября перевозки войск, техники и боеприпасов на эльтигенский плацдарм стали непрерывно сокращаться и к 9 ноября - полностью прекратились, хотя отдельные катера все же прорывались к морским десантникам. 3-й отряд высадочных средств Черноморского флота ликвидировать блокаду Эльтигена своими силами при малом количестве БКА и явном превосходстве БДБ противника был не в состоянии. В свою очередь, Ставка ВГК и нарком ВМФ адмирал Н.Г.Кузнецов "давили" на командующего Черноморским флотом вице-адмирала Л.А.Владимирского, требуя прорыва блокады, но дополнительных сил для решения этой задачи не выделялось. В пылу полемики по этому вопросу Л.А.Владимирский официально донес в Ставку и НК ВМФ, что ему приходится в Керченком проливе "драться телегами против танков..."

Тем не менее, попытки прорыва блокады Эльтигена морем предпринимались 7, 10,11,18 и 22 ноября, но в целом безуспешно. В проливе завязывались ожесточенные морские бои, которые только подтверждали превосходство немецких БДБ в вооружении над советскими катерами и приносили очередные потери. Так, 11 ноября в неравном бою с 12 немецкими БДБ погиб герой обороны Севастополя командир 1-го дивизиона сторожевых катеров капитан 3-го ранга Д.А.Глухов. Его катер получил более 250 пробоин и был приведен в базу на буксире. 18 ноября в морском бою погиб командир 9-го дивизиона катеров-тральщиков капитан-лейтенант М.Г.Бондаренко. Попытка прорыва 22 ноября четырьмя катерами закончилась тем, что прорвался только один катер, остальные три катера были потоплены. По данным штаба высадки безвозвратные потери ЧФ с 01.11 по 06.12.43 г. составили 93 плавединицы: 5 - в боях с БДБ противника, 41 - от артогня, 24 -во время шторма, 13 - подорвались на минах, 7 - потоплены авиацией и 3 - по неизвестным причинам.

С целью противодействия блокаде ВВС ЧФ нанесли 5 массированных ударов по порту Камыш-Бурун - 9, 19 и 20 ноября, 5 и 9 декабря, 4 удара - по порту Феодосия и 3 удара - по порту Киик-Атлама. Кроме того, авиация 16 - атаковала немецкие корабли на переходе морем. Трижды, 16 ноября, 5 и 9 декабря, специальные поиски вели торпедные и бронекатера. В районе Камыш-Бурун было поставлено новое минное поле. Но все эти действия не смогли даже ослабить блокаду, так как носили эпизодический характер.

Дело в том, что задачи огневого обеспечения десантников на поле боя и сброс боеприпасов, оружия, медикаментов и продовольствия командованием Отдельной Приморской армии и Черноморского флота считались для морской авиагруппы приоритетными, так как авиация, а главным образом штурмовики Ил-2 и ночные легкие бомбардировщики У-2, была единственной надеждой десантников на спасение и жизнь. По этим причинам никакого перераспределения наличных сил авиагруппы в пользу нанесения систематических массированных бомбоштурмовых ударов по немецким БДБ и ТКА на переходе морем и в базах сделано не было.

Например, 8-й гвардейский и 47-й шап ВВС ЧФ в период с 01.11.43 г. по 08.12.43 г. на удары по боевым кораблям противника на коммуникации Камыш-Бурун - Феодосия и в портах Камыш-Бурун, Феодосия и Киик-Атлама выполнили всего 15% всех самолетовылетов. Остальные боевые вылеты пришлись на поддержку десантников и сброс грузов. Как следствие, по подтвержденным данным экипажам 11-й шад удалось уничтожить лишь 14 плавединиц противника, в том числе 11 БДБ, один тральщик, один ТКА и один лихтер. Кроме того, штурмовики повредили 4 БДБ и 2 тральщика.

Отметим, что штаб 11-й шад заявил об уничтожении 26 БДБ, 6 сторожевых катеров, одного СП "Зибель" и нанесении повреждений 41 БДБ, 11 сторожевым катерам, 4 баржам, одному СП "Зибель" и одному ТКА.

Настоящей "головной болью" для летчиков-штурмовиков в этот период была чрезвычайно сильная ПВО противника как в районе боев десантников на Эльтигене, куда немцы к концу ноября дополнительно стянули до 70 батарей зенитной артиллерии и большое количество крупнокалиберных зенитных пулеметов, так и портов Камыш-Бурун, Феодосия и Киик-Атлама. Например, порт

Камыш-Бурун был "защищен" трехкилометровой косой, на которой немцы сосредоточили две крупнокалиберные зенитные батареи четырехорудийного состава, до десятка батарей "Эрликонов". Портовую ПВО усиливали зенитные средства боевых кораблей, находящихся в порту - воздушная разведка флота ежедневно фиксировала на рейде и у причалов порта от 10 до 15 БДБ. Другими словами, Камыш-Бурун, так же как и другие порты, был весьма крепким орешком для авиации Черноморского флота - своеобразной "крепостью ПВО".

Как следствие, удельный вес безвозвратных боевых потерь штурмовиков от огня немецкой зенитной артиллерии достиг огромных величин - 80-90% всех потерь.

Так, полки 230-й шад 4-й ВА, действовавшие в сентябре-ноябре по портам Керчь, Камыш-Бурун, Темрюк и на поле боя, потеряли 82 Ил-2, из них 62 машины - от зенитного огня, остальные - от истребителей люфтваффе. Только в сентябре месяце, когда дивизия работала по порту Темрюк, потери от огня зенитной артиллерии составили 30 Ил-2, еще 10 штурмовиков были сбиты немецкими истребителями. В ноябре во время ударов по портам Камыш-Бурун и Керчь потери дивизии составили 36 Ил-2, из которых 32 "Ила" были сбиты зенитной артиллерией, остальные - истребителями. Безвозвратные боевые потери наиболее пострадавшего в эльтигентской операции 47-го шап ВВС ЧФ в период с 01.11.43 г. по 08.12.43 г. составили 20 самолетов Ил-2 и все от огня зенитной артиллерии немцев. Самым черным днем в истории полка стал 1 декабря 43-го. В этот день только за один боевой вылет полк потерял над Камыш-Буруном всю 3-ю эскадрилью в полном составе - 8 Ил-2 и 16 боевых товарищей...

Командир группы истребителей прикрытия из 9-го иап м-р Е.А.Шаркевич в своем отчете об этом боевом вылете доложил следующее:

"...ведущий группы штурмовиков командир 3-й эскадрильи майор Каверзин за 12-15 км от цели начал снижаться, на высоте 30-50 м вывел группу в горизонтальный полет. Этим тактически неграмотным маневром потерял один из важнейших элементов в бою - высоту, что дало противнику возможность безнаказанно вести прямой наводкой огонь по всей группе наших Илов. Один из Илов вследствие малой высоты был поглощен столбом воды, взметнувшимся перед ним от разрыва снаряда. Нарушился строй, в замешательстве столкнулись два Ила и упали на внешнем рейде, а остальные самолеты были расстреляны в порту..."

Вины истребителей 9-го иап в гибели восьми экипажей, как показал разбор полета, проведенный комдивом Манжосовым, не усматривалось. Вывод командира был суров:

"... отсутствие высоты для выполнения противозенитного маневра, непринятие мер подавления противозенитных средств противника ведущим группы штурмовиков Каверзиным привело к этой трагедии. За ошибку, допущенную комэском, пришлось поплатиться дорогой ценой... Война преподносит разные неожиданные сюрпризы, на них нужно вовремя и правильно со здравым смыслом реагировать, иначе это может обернуться несчастьем. Для того и назначается командир, чтобы в зависимости от создавшихся условий принимать правильное решение. Выполнение боевого задания в роли ведущего - это не отчет, составленный штабистами, заново не перепишешь. Почтим память погибших товарищей..." Поскольку к 9 декабря стала совершенно очевидной невозможность гарантировать нормальную подачу десантникам пополнения и снабжения, Военный Совет Отдельной Приморской армии принял решение о снятии группы полковника В.Ф.Гладкова с занимаемого плацдарма. В ночь на 10 декабря моряки под интенсивным артиллерийским и минометным огнем противника сняли с берега 1080 десантников, потеряв при этом 8 судов. В следующую ночь удалось принять только 360 десантников. Посадка на катера шла одновременно с боем с противником, многие добирались на суда вплавь на бревнах и других подручных средствах...

В соответствии с приказом Наркома ВМФ на специально оборудованных полигонах морские летчики-штурмовики в марте-апреле 1944 г. начали осваивать топмачтовый способ бомбометания, который определялся как "основной способ при бомбовых ударах по плавсредствам противника на переходе морем". Суть топмачтового способа бомбометания состояла в следующем. При выходе штурмовиков на конвой Ил-2-топмачтовики, летящие вначале в общем боевом порядке, снижались и, маневрируя, выходили вслед за группой подавления зенитного огня в атаку на цель. С дальности пуска реактивных снарядов и действительного огня стрелково-пушечного вооружения (700-600 м) - дистанция выхода на боевой курс, летчик-топмачтовик обстреливал цель, продолжая снижение до бреющего полета. С высоты 20-30 м, что соответствовало верхней оконечности (топ) мачты корабля (судна), на дистанции несколько меньшей величины относа (250-150 м) пилот Ил-2 сбрасывал серию авиабомб (с интервалом 0,05-0,1 сек при скорости полета 300-350 км/ч) так, чтобы первая упала с недолетом и, делая "барс" (рикошетируя), попадала в борт корабля. В случае ошибки корабль поражался другими авиабомбами серии. Чтобы Ил-2-топмачтовик не получил повреждения от осколков авиабомб, их взрыватели устанавливались с замедлением на 4-7 сек. Сбросив авиабомбы, экипаж пролетал над кораблем и, выполнив противозенитный маневр, уходил восвояси.

Ведомый Ил-2 - топмачтовик повторял маневр ведущего и наносил удар по тому же кораблю или транспорту. Сброс авиабомб ведомый осуществлял по сигналу ведущего или самостоятельно.

Топмачтовое бомбометание, в сочетании с обычными приемами атак Ил-2 надводных целей, оказалось весьма и весьма результативным.

Полигонные испытания, проведенные по указанию начальника ВВС ВМФ маршала авиации С.Ф.Жаворонкова в начале 1944 г. в ЛИИ ВВС ВМФ, показали, что наилучшими рикошетирующими и поражающими свойствами при действии по транспортам водоизмещением 5000-10000 т обладали авиабомбы ФАБ-250 с перьевым стабилизатором и бомбы большего калибра при снабжении их взрывателями АВ-87 в головном очке и АВ-1 в донном. Однако ФАБ-250 Ил-2 мог взять не более двух, что не позволяло обеспечивать приемлемые для боевого применения вероятности попадания в цель. В этой связи Илы вынужденно использовали ФАБ-100 - летчик с хорошей летной и стрелковой подготовкой при топмачтовом бомбометании в полигонных условиях серией из четырех "соток" вполне мог обеспечить вероятность попадания в цель хотя бы одной бомбой 0,6-0,7.

Первого подтвержденного противником успеха Ил-2-топмачтовики добились 25 апреля, когда две шестерки Ил-2 47-го шап ВВС Черноморского флота в 85 милях от Севастополя (координаты 43°55' с.ш. и 32"07' в.д.) атаковали вышедший в Сулину конвой "Zentra-3n в составе БДБ F333, F567, буксира "Kreuzenstein" с лихтером "Leo" в охранении охотников UJ2304, UJ2306 и UJ2308.

8 Ил-2 действовали с пологого планирования с высоты 1200 м с выходом в горизонтальный полет на высоте 100 м, а 4 экипажа - методом топмачтового бомбометания. В результате удара лихтер "Leo" пошел ко дну, унося с собой около 500 солдат. Зенитным огнем ПВО ордера 2 штурмовика были сильно повреждены и один Ил-2 сбит.

В последующих боевых вылетах (26 и 30 апреля - по одному боевому вылету, 4, 10 и 11 мая - по два удара и 12 мая - один боевой вылет) топмачтовый способ бомбометания применялся летчиками ЧФ с не меньшим успехом.

В Краснознаменном Балтийском флоте первый удар с применением Ил-2-топмачтовиков был проведен 16 мая 1944 г. по конвою в 25 км севернее о.Асери, а на Северном флоте - 13 мая по кораблям и транспортам в порту Киркенес.

Опыт боевого применения Ил-2-топмачтовиков показал, что оптимальным, с точки зрения лучшей маневренности и управляемости, являлся состав группы топмачтовиков из 5-6 Ил-2, принадлежащей одной авиаэскадрилье. Группа же истребителей непосредственного прикрытия должна была быть в составе не менее 10 самолетов.

Отношение летчиков-штурмовиков флотов к новому методу поражения плавсредств противника лаиоолее точно выразил в своих воспоминаниях ветеран 47-го шап В.П.Остапенко: "Топмачтовое бомбометание - это игра со смертью, если узнаешь на отлично, - будет польза, а так - это сильно опасно, смерть".

И это действительно было так. Дело в том, что высота полета штурмовика при топмачтовом бомбометании в 20-30 м не давала возможности экипажам "Илов" выполнять эффективный противозенитный маневр, вследствие чего вероятность поражения огнем зенитной артиллерии, в сравнении с бомбометанием с горизонтального полета, была все же высокой, даже несмотря на то, что Ил-2 находился на боевом курсе в зоне действия корабельной ПВО всего 10-12 сек (при бомбометании с горизонтального полета боевой курс у экипажей с хорошей подготовкой занимал не менее 40-60 сек).

Кроме того, немцы при отражении атак Ил-2-топмачтовиков применяли специальные мины (аналоги, применявшихся в ВВС КА авиационных гранат АГ-1 и АГ-2), которые выбрасывались, серией по несколько штук, вверх прямо по курсу полета Ил-2 и спускались затем вниз на парашютиках, создавая пилотам штурмовиков серьезную "помеху" во время прицеливания и атаки цели. Отмечались случаи гибели штурмовиков в результате подрыва таких мин...

Справедливости ради необходимо все же отметить, что, как следует из анализа условий боев на морском театре военных действий, боевых возможностей штурмовика Ил-2 со всеми вариантами вооружения и характеристик поражаемости типовых морских целей, по которым в основном приходилось действовать Ил-2, последний не в полной мере отвечал требованиям войны на море.

Применение штурмовиками авиабомб типа ФАБ-100 как при бомбометании с планирования, так и при топмачтовом бомбометании не гарантировало потопление крупных судов и кораблей.

Мощность реактивных снарядов РС-82 и РОФС-132 была также недостаточной для эффективного поражения морских целей. Применение же РСов в бою осложнялось и большим их рассеиванием при стрельбе. Соответственно четырех PC, имеющихся в распоряжении летчика Ил-2, было мало для обеспечения надежного подавления цели.

Самое же точное оружие Ил-2 - пушечное вооружение, включая 37-мм авиапушки НС-37, было все же не настолько эффективным против кораблей и судов противника, как этого хотелось бы, главным образом из-за низкого фугасного действия снарядов калибра 20-37 мм.

Кроме этого, недостаточная дальность полета и отсутствие совершенных аэронавигационных средств самолетовождения существенно снижали боевую ценность Ил-2 как самолета морской авиации - глубина действия "Илов" ограничивалась прибрежными районами.

В результате Ил-2 на протяжении всей войны все же не могли в должной мере обеспечивать необходимые дальний перехват крупных морских судов и боевых кораблей противника и их устойчивое поражение...

В первую очередь, это касается Северного флота, где противник имел корабли и транспорты с усиленным для плавания в ледовых условиях корпусом. Поэтому одно попадание ФАБ-100 не только не могло привести к потоплению корабля или транспорта, но и нанести серьезные повреждения даже таким, казалось бы, "консервным банкам", как норвежские вооруженные сейнеры и траулеры. О кораблях же специальной постройки, например, строжевых кораблях типа "F", тральщиках типа "М", миноносцах типа "Т и эсминцах типа "Z" говорить не приходится. Потопление небольших кораблей и транспортов могло быть лишь с применением авиабомб калибра 250 кг и выше и авиационных торпед типа 45-36. Торпеду Ил-2 нести не мог, а бомбовая зарядка включала всего 2 ФАБ-250, что не обеспечивало при существующей боевой подготовке летчиков 46-го шап ВВС СФ требуемых вероятностей поражения надводных целей.

Пользуясь случаем, отметим, что при изучении архивных документов авторам до сих пор не удалось найти хотя бы какие-то "следы" штурмовика Ил-2 в варианте торпедоносца (так называемый вариант Ил-2Т), о применении которого в 23-м ошап ВВС ЧФ упоминается в ряде публикаций. Если бы такая машина существовала официально (то есть была произведена на авиазаводе, хотя бы и небольшой войсковой серией), то ее следы обязательно должны были остаться в отчетах военпредов авиазаводов о принятых и оплаченных штурмовиках Ил-2. Однако никаких упоминаний об Ил-2Т в этих документах нет. Если бы торпедоносный вариант Ил-2 являлся самостийной переделкой умельцев ВВС ЧФ, то об опыте его боевого применения обязательно имелось бы упоминание в отчетах начальника воздушно-стрелковой службы ВВС флота, а также и в отчетах по расходу боеприпасов (указание об использовании авиаторпед). Но и в этих документах Ил-2-торпедоносец не упоминается и расход штурмовками торпед не отмечается.

Боевая статистика показывает, что во время ударов Ил-2 флотов по немецким ВМБ и конвоям на переходе морем в среднем около 30% Ил-2 из состава групп, участвующих в ударе, сбивалось, либо огнем зенитной артиллерии (примерно 70% из этого числа), либо истребителями люфтваффе. Кроме этого, около 50-60% "Илов" из состава групп получали повреждения. Другими словами, в среднем 80-90% от состава групп "ильюшиных", участвующих в бомбоштурмовых ударах по немецким военно-морским базам и конвоям, либо сбивались, либо получали повреждения.

Почти за два года боевых действий на заключительных этапах войны, с 22 июня 1943 г. по 9 мая 45-го, ВВС флотов Красной Армии потеряли 600 Ил-2 (списанные по акту машины при подсчете не учитывались). Из них, 354 "Илов"-погибло на Балтике, 151 машина (из них 146 Ил-2 потеряны до 22.06.44 г.) - на Черном море и 95 - на Северном флоте. Эти цифры вполне отражают интенсивность ведения боевых действий авиации флотов в этот период.


©AirPages
2003-