Авиация Второй мировой На главнуюПоиск на сайтеEnglish
Самолёты Messerschmitt BF109B,C,D BF109E BF109F BF109G BF109G-2 BF109H BF109K BF110C BF110E BF110G Me-410 Me-309 Me-163 Me-262A-1a Me-262A-2a Me-262B Me-264 1101 Me-321 Me-323 Фото и схемы Боевое применение JG5 Bf 109 JG54 Bf 110 Me 262 Me 262 Три мифа о... Luftwaffe

Ме-262 - боевое применение

Повести Me 262 в бой предстояло 262-й испытательной команде из Лекфельда, сформированной в апреле 1944 г под командованием капитана Тхирфельдера. Ядро EKdo 262 первоначально состояло из летчиков-испытателей "Мессершмитта", которые осуществляли подготовку пилотов и вырабатывали подходящую боевую тактику. Последняя была опробована в июне 1944 г, когда были предприняты первые опытные попытки перехвата разведчиков союзников. На счету EKdo 262 вскоре числились два "Лайтнинга" и один "Москито". Вскоре первый командир части капитан Тхирфельдер погиб после того, как его самолет, уже поврежденный в бою, разбился у Лекфельда. К тому времени фоторазведчику "Москито" из 544-го эскадрона RAF удалось добыть достоверные данные о боеготовности Me 262, положив конец сомнениям союзников.

25 июля 1944 г "Москито" под управлением флайт-лейтенанта Балла совершал полет на высоте 9000 м вблизи Мюнхена, когда наблюдатель предупредил пилота о быстро приближавшемся со стороны хвоста двухмоторном самолете. Это было неожиданно, так как "Москито" при полете на большой высоте практически не встречали никакого противодействия. Балл немедленно дал полный газ, но вражеский самолет - уже стало видно, что это Me 262, обошел "Москито" и развернулся в атаку. После резкого виража Me 262 уже через минуту был в 2000 м за "Москито" и вновь быстро приближался. С 700 м пилот "Мессершмитта" открыл огонь, но Балл ушел быстрым разворотом влево, а потом развернулся на Me 262, заставив его отвернуть. Этот маневр повторялся четыре раза. При этом немцу ни разу не удалось попасть в "Москито". После пятого захода Me 262 нырнул и с 700 м попытался атаковать "Москито" снизу, но Баллу опять удалось уйти из-под огня. Однако ситуация нравилась англичанину все меньше и меньше, и он спикировал в кучевые облака . Через три-четыре минуты полета в облаках Me 262 исчез из виду.

Интересно отметить, что двумя днями спустя, 27 июля в строй 616-го эскадрона вошел первый реактивный истребитель Глостер "Метеор" и совершил свой первый боевой вылет на перехват ракеты "Физелер" Fi 103. Британское истребительное командование первоначально готовило 616-й эскадрон для высотных воздушных боев и планировало боевой дебют английского реактивного истребителя двумя-тремя месяцами позже, но ситуация заставило немедленно бросить их на перехват Fi 103.

После гибели Тхирфельда в командование EKdo 262 вступил майор Вальтер Новотны (лучший на тот день ас люфтваффе). Хотя Вальтер Новотны считается пятым асом люфтваффе по числу сбитых машин, в то время он был наиболее известным за пределами Германии асом второй мировой войны. Он занимал почетное место наряду с Галландом и Мельдерсом в популярности, а его имя было одним из немногих, которое просочилось за линию фронта во время войны и обсуждалось общественностью союзников, подобно тому, как это было с Бельке и Рихтгофеном во время первой мировой войны.

Новотны пользовался уважением среди немецких летчиков-истребителей, как ни один другой пилот.

"Нови", как любили называть его товарищи, был легендой еще при своей жизни. Капитан в 22 года, он записал на свой счет 250 воздушных побед еще до своего следующего дня рождения и стал первым среди пилотов, достигших этого почти невероятного количества сбитых самолетов. Он стал восьмым военным, получивших Рыцарский Крест с Дубовыми Листьями, Мечами и Бриллиантами.

Именно ему генерал Адольф Галланд предоставил честь командовать первой частью, оснащенной реактивными истребителями Me 262.

После расформирования в сентябре EKdo 262 была преобразована в "команду Новотны". Главной задачей для нее стал перехват американских бомбардировщиков. Официально "команда Новотны" стала боеспособной 3 октября 1944 г, имея в своем составе 40 перехватчиков Me 262A-la, из которых боеспособными были только 30. "Команда" состояла из двух эскадрилий, размещенных в Ачмере и Хесепе под Оснабрюком - на пути основных маршрутов американских бомбардировщиков. Через четыре дня после вступления в строй "команда" понесла первые потери. "Мустанг" из 361-й истребительной группы под управлением лейтенанта Дрю спикировал на два взлетавших Me 262. Оба "Мессершмитта" были сбиты. Хотя за месяц боев "команда" записала на свой счет 22 победы, эффективность ее действий была ниже ожидаемой - в "команде" из 30 боеспособных самолетов осталось только три. Лишь несколько машин было потеряно в боях, а остальные - в авариях из-за ненадежности техники и ошибок плохо подготовленных пилотов. Имея на своем счету уже 255 воздушных побед, Новотны 8 ноября 1944 г поднялся в воздух, чтобы защитить свою базу от налета бомбардировщиков В-17. Он ворвался в строй бомбардировщиков и очень быстро поразил одну за другой три машины. Затем отказал один из двигателей. В течение последующих нескольких минут, располагая высотой примерно в один километр, Новотны был атакован группой американских истребителей. Его самолет с воем и грохотом рухнул на землю и взорвался. В обломках потом были найдены обгоревшие остатки Рыцарского Креста и Бриллиантового дополнения к нему. После гибели майора Новотны - третьей потери за день - "команда" была выведена из боев, а выживший персонал послужил ядром для формирования первой группы, вооруженной Me 262 - III/JG 7 (3-я группа 7-й истребительной эскадры).

Тем временем на вооружение KG 51 (51-я бомбардировочная эскадра) поступили первые истребители-бомбардировщики Me 262A-2a. Командование ими принял майор Шенк. Боевой дебют "команды Шенка" состоялся в августе 1944 г над севером Франции. Именно Me 262А-2а из "команды Шенка" оказался первым сбитым американцами реактивным самолетом, когда 28 августа два "Тандерболта" из 82-й истребительной эскадрильи под управлением майора Мейера и лейтенанта Грэя спикировали на Me 262, летящий на высоте 150 м недалеко от Брюсселя. Пилот Me 262 слишком поздно заметил опасность и тут же был сбит.

Хотя боевая деятельность истребителей-бомбардировщиков Me 262А-2а из "команды Шенка" была для союзников не более чем булавочными уколами, она считалась в люфтваффе весьма успешной, и KG 51 постепенно перевооружалась на Me 262. 3-я эскадрилья КС 51с Me 262 стала боеспособной к началу октября вслед за другими эскадрильями I/KG 51. Me 262 из KG 51 теперь вели регулярные бомбежки стратегического моста Ниймеген, удерживаемого англичанами. Истребители и зенитные орудия не могли оказать им никакого противодействия. Me 262 действовали поодиночке, выходя днем к цели на высоте 8000 м, и сбрасывали бомбы с пологого пикирования с высоты 6000 м. При облачности ниже 300 м самолет пикировал до высоты 150 м. Ночью к цели выходили на высоте 4000 м, а бомбы сбрасывали с 3000 м. При такой большой скорости полета и изменении высоты зенитные орудия были бесполезны. Хотя атаки одиночных Me 262 были Малорезультативными, то, что реактивные "Мессершмитты" могли действовать практически безнаказанно, вызывало досаду противоборствующей стороны. Никакое воздушное прикрытие моста не могло решить проблему и не позволило даже сбить ни один Me 262. Для патрулирования вокруг моста были привлечены "Спитфайры"-XIV и "Темпесты"-V, но и они не достигли успеха. При первых же признаках опасности Me 262 выполнял переворот и уходил пикированием или шел вверх, используя более высокую скороподъемность.

В течение зимы 1944-45 гт число частей с Me 262 быстро росло. К I группе KG 51 присоединились получившие Me 262А-2а штаб и II группа эскадры, а также запасная группа IV(Erg.)/KG 51. На базе Me 262A-la/U3 была сформирована разведывательная часть - "испытательная команда Браунегга", позже ставшая 2-й эскадрильей 6-ой разведывательной группы. I/KG 54 была перевооружена с Ju 88A на Me 262А-1а, после чего группа была переименована в I/KGU) 54. Она базировалась в Гибельштадте под Вюрцбургом и считалась группой "всепогодных перехватчиков", хотя истребители не имели соответствующего оборудования. Первый же бой этой группы оказался роковым. 25 февраля шестнадцать Me 262 совершали взлет в плохих погодных условиях с нижней границей облачности в 1000 м. Самолеты взлетали вслед за Me 262 командира эскадры подполковника Ридезеля, когда на них из облачности вывалились "Мустанги". Позиция для Me 262 была крайне неблагоприятной, и в последующей общей свалке фон Ридезель и еще два пилота погибли, а семь самолетов были списаны. После этой неудачи группа так и не сумела оправиться. К концу войны, которая застала группу под Прагой, на ее счету было только 10 побед.

В начале 1945 г еще несколько бомбардировочных частей приступили к перевооружению на Me 262A, но до конца войны ни одна их них так и не вступила в строй. На 1 февраля в составе 9-й воздушной дивизии флота "Рейх" на Me 262 летали KG(J) 6 в Праге, KG(J) 27 в Марчтренке, KG(J) 30 в Смиршице под Кенигтрацем, KG(J) 54 в Гибельштадте, KGO) 55 в Ландау. Кроме того, формировались запасные группы 1(-Erg.)/KG(J) в Пильзене и II(Erg.)/ KG(J) в Нойбурге. Задача подготовки пилотов реактивных самолетов после EKdo 262 в ноябре была возложена на III/EJG 2 там же, в Лекфельде, а в начале следующего месяца была образована полнокровная истребительная эскадра JG 7 под командой полковника Йоханнеса Штейнгофа. Первой боеспособной группрй эскадры стала III/JG 7 под командованием майора Рудольфа Зиннера, которую перевели в Пархим под Швериным. Вскоре был сформирован и штаб эскадры. К тому времени полковник Штейнгоф был заменен майором Теодором Вейзенбергером. Штаб эскадры и HI/JG 7 сохраняли в последние недели войны почти постоянный состав из 45 Me 262, из которых редко более 30 были боеспособными. Тем не менее, они имели к концу войны на своем счету не менее 427 побед, из них около 300 - четырехмоторные бомбардировщики! Планировалось довести эскадру до полного состава с III/JG 7 в Бранденбург-Бресте, I/JG 7 в Кальтен-керхене и II/JG 7 в Ноймюнстере, хотя I и II группы так и не были доведены до полного состава. Еще одной частью эскадры была сформированная в Лекфельде IV(Erg.)/JG 7 - запасная группа, успевшая поучаствовать в боях и записать на свой счет 30 побед. Еще одной частью с Me 262, которая действительно приняла участие в заключительных боях второй мировой, была JV 44 - возможно одна из самых необычных истребительных частей люфтваффе.

В начале января 1945 г генерал-инспектор истребительной авиации Адольф Галланд за серьезные конфликты с руководством был снят со своей должности. Эта весть вызвала у летчиков-истребителей, особенно у командного состава, состояние шока. Это был последний аргумент, толкнувший группу офицеров во главе с полковником Лютцовом, Штейнгофом и Траутлофтом на объединение. Они искали способ отстранения от должности рейхсмаршала авиации Геринга, а также изменений в руководстве и оснащении истребительных частей.

Эти известные в Германии летчики-асы совместно с полковником Нойманном, Мальтцахном и Ределем составили документ, в котором откровенно было написано о недоверии истребителей к руководству.

Ознакомившись с документом, Геринг 19 января 1945 г приказал собрать всех недовольных старших офицеров в Доме авиации в Берлине. Это собрание проходило достаточно драматично. Лютцов, избранный докладчиком от лица недовольных, открыто высказал требования истребительной авиации: вооружать Me 262 прежде всего истребительные, а не бомбардировочные части. Далее, потребовал, чтобы командование ВВС прекратило нападки на собственных летчиков. От общего мнения он выразил недоверие вообще всему стилю руководства Геринга. Выступил против требования летать в любую погоду, что вело к большим потерям среди неопытных летчиков, но не наносило существенного ущерба неприятелю. Последним требованием было возвращение Галланда на прежнюю должность.

Выслушав эти требования, рассвирепевший Геринг объединение офицеров назвал заговором и оставил помещение со словами: "Лютцов, я Вас расстреляю!" Так далеко рейхсмаршал, конечно, не пошел, но результаты встречи вскоре проявились. Лютцов был отправлен в Северную Италию, где принял от полковника Нойманна должность командующего истребительной авиацией в этом районе. Штейнгофу запретили командовать боевыми частями и оставили без должности. Галланд, которого Геринг считал главой "заговора", должен был в течение 12 часов покинуть Берлин и каждый день сообщать о своем местоположении. Рейхсмаршал повелел разогнать "мятежников" в разные стороны и издал приказ, запрещающий контакты между ними.

Днем позже генерал Шперле информировал об этих событиях Гитлера. Тот срочно вызвал к себе Геринга и потребовал доклада о всем, что произошло. Особо он хотел знать причины снятия Галланда с должности. Различными аргументами Герингу удалось доказать, что снятие Галланда было неизбежным. Гитлер закончил разговор следующим образом:

- Если вы не можете там дальше держать Галланда, так используйте его!

- Что же с ним делать? Он отверг все предложения о командных должностях и хочет только летать.

- Хорошо. Галланд, Штейнгоф и другие твердили, что Me 262 - истребитель. Пусть докажут!

- А какую часть дать Галланду? Эскадру, группу или эскадрилью?

- Мне все равно!

С этого началась история JV44.

Галланд об этом впоследствии писал: "Геринг сообщил, что мне дана возможность доказать боевую ценность истребителя Me 262, которую я всегда пропагандировал. Я могу сформировать небольшую часть, вооруженную этим типом самолета; летчиков могу подобрать сам. Никакое руководство не имеет никакой власти над этой частью. Более того, мое подразделение не должно было иметь никакого контакта с другими истребительными частями. Это имело одно преимущество - давало полную независимость. Геринг кончил разговор словами: "Штейнгофа и Лютцова возьмите тоже!" После получения этого официального приказа Галланд пошел в VI отдел штаба авиации для дальнейших консультаций. Здесь возник вопрос, как именовать новую часть. Это не была эскадрилья, группа или эскадра. Наконец использовали необычное для люфтваффе обозначение Jagdver-band (истребительная часть). Галланд сам выбрал название - JV44.

После этих консультаций Галланд сперва нашел Штейнгофа, назначил его своим заместителем, и оба начали ускоренно работать над формированием части и ее подготовкой к боям.

JV44 начала создаваться в начале февраля 1945 г. на аэродроме Бранденбург-Брест под Берлином. Одновременно здесь проходило формирование I/JG7 (тоже с Me 262) под командованием майора Т.Вейсенбергера, который дал своим подчиненным распоряжение всячески помогать JV44. На этом аэродроме находились также цеха, где собирались Me 262 из узлов, доставлявшихся со всех концов рейха. Там JV44 получила свои первые машины. Хотя официально приказ о формировании JV44 датировался 24 февраля 1945 г., Штейнгоф получил первые самолеты 10 февраля 1945 г. В эти дни в часть прибыли первые летчики. Хотя первоначально Галланд намеревался собрать в JV44 только лучших асов, в начале формирования части ему пришлось взять то, что выделило управление кадров люфтваффе - несколько неопытных новичков, которые только закончили подготовку в III/EJG2. Галланд поручил Штейнгофу вести интенсивное обучение новичков на Me 262, а сам стал строить планы, как получить для JV44 опытных летчиков. Он лично объехал госпитали и Дома авиации, разговаривал с пилотами, которых хорошо знал, предлагая им возможность еще раз выйти против неприятеля с лучшим оружием, которое может дать люфтваффе. Во второй половине февраля 1945 г. в JV44 появились "мастера". Сначала прибыл лейтенант Кайзер, воевавший на всех фронтах. Из штаба JG7 перешел лейтенант К.Нойманн, летавший на Me 262 с декабря 1944 г., и который имел довольно большой опыт пилотирования этой машины. Прибыл и майор К.Г.Шнелль, которого Галланд вообще привез без разрешения из госпиталя.

В JV44 входил и командир III/JG7 майор Э.Хохаген, опытный пилот истребитель: его отпустили из JG7 из-за последствий повреждения головы при вынужденной посадке. Галланд, собирался пригласить в свою часть и Э.Хартманна, но тот заявил, что из-за молодости ему придется летать ведомым с кем-то из более старших летчиков и отказался. Впоследствии, сидя в советских лагерях, он часто жалел об этом. Все эти люди и их опыт стали большим подспорьем для Штейнгофа при подготовке JV44. Техническим офицером (инженером) части назначили лейтенанта Г.Фарманна, бывшего ведомого Штейнгофа; Галланд вытребовал его из JG7. Позднее эти функции передали майору Хохагену, который имел гораздо больший опыт в организации и техобеспечении.

24 февраля 1945 г. был издан официальный приказ о формировании JV44: "JV44 в Бранденбург-Бресте. Командир части имеет дисциплинарные права командира дивизии, во всех отношениях подчиняется воздушному флоту "Рейх". Особая часть Галланда включает 16 самолетов Me 262 и 15 пилотов". Подписал генерал-лейтенант Коллер.

Галланду и Штейнгофу было ясно, что ни новичков, ни опытных летчиков нельзя пускать в бой против превосходящих сил противника, пока они не освоят полностью Me 262. Из этих соображений Штейнгоф с конца февраля вел интенсивное обучение.

Летчики JV 44 летали поблизости от Одера, осваивая навыки пилотирования нового самолета. Во время одного из этих полетов они одержали первую победу.

В тот день Штейнгоф взял с собой лейтенанта Бломерта, одного из новичков. Об уровне его предыдущей истребительной подготовки Штейнгоф говорил: "Бломерт пришел из "бомбардировщиков", он летал на Ju 88 и свою последнюю петлю проделал еще в летной школе. На Me 262 летать ему трудно!" После старта взяли курс на восток - к Одеру. Держались железной дороги на Франкфурт, которая вела к реке. Здесь шли упорные ожесточенные бои. Перелетели реку. Прямо перед Me 262 Штейнгофа появился русский истребитель. Немецкий летчик не сумел среагировать: поскольку скорость "Швальбе" была значительно больше, советский самолет остался далеко позади. Вскоре Штейнгоф увидел впереди группу из 12 приближавшихся истребителей с красными звездами. Попробовал поймать один из них в прицел, но русские это заметили и начали маневрировать интенсивнее. Поэтому он решил уйти за пределы видимости, вернуться, прячась за облаками, и затем на полном газу пролететь сквозь группу и сбить какого-нибудь.

Штейнгоф отлетел и стал искать самолет Бломерта. Увидел его далеко позади: неопытный летчик не смог удержаться за ведущим. Штейнгоф убрал газ и выполнил левый разворот. Через минуту Бломерт догнал его. Ведущий вновь пошел в атаку и зашел на советские истребители со стороны солнца со скоростью 870 км/ч. "Швальбе" оказался слишком быстр. Как молния пролетел Штейнгоф мимо советских самолетов, стреляя из пушек. Но ни одного самолета не сбил.

Штейнгоф вновь стал высматривать Бломерта. Тот оказался на 2 км ниже, пытаясь догнать командира. Взгляд на часы - прошло 25 минут полета. Полковник выбрал курс, который привел его на другой берег Одера на высоте 1000 м. Снова он захотел атаковать группу русских истребителей, но вдруг увидел 6-7 Ил-2, обстреливавших немецкие позиции. Штейнгоф отдал по радио команду: "Бломерт, разворачивайся влево и следуй за мной!" И одновременно сам пошел влево. В его прицеле появился последний штурмовик. Короткая очередь, кажется, мимо. Штейнгоф повернулся и увидел, что из Ил-2 идет дым, самолет падает на землю. Победитель взял курс домой, с трудом к нему присоединился Бломерт, который снова не смог удержаться за ведущим. На последних каплях горючего они приземлились на аэродроме Бранденбург-Брест.

Весь февраль и март 1945 г. продолжалось формирование части Галланда. Сначала было очень тяжело, всего не хватало. Но у Галланда были хорошие связи и в течение марта JV 44 получила все необходимое. Обучение летчиков продолжалось пока позволяли погода, запасы топлива и вражеские истребители. При одном из тренировочных полетов на счет JV44 были записаны еще две победы. Вот что написал сам виновник - полковник Штейнгоф: "В один из мартовских дней я хотел поучить одного из новичков полетам в паре. После взлета мы взяли курс к нашей "учебной зоне" у Одера. Перелетели реку, на другой стороне мы увидели группу русских истребителей. Я хотел атаковать с ходу, но меня опять подвел угол упреждения при стрельбе, который для "реактива" иной, нежели у старых Bf 109. Я несколько раз неудачно пролетал через строй. Тут передо мной появилось, что-то, оказавшееся русским истребителем. Инстинктивно я выстрелили из четырех 30-мм пушек. Как молния вокруг моей кабины пронеслось облако обломков, а остатки советского истребителя падали к земле. Он буквально рассыпался в воздухе! Оглянувшись на группу, которую я атаковал, я увидел как советские истребители на полном газу уходят на восток.

Разворачиваюсь, снижаюсь и обнаруживаю под собой одинокий истребитель с красными звездами, летящий к западу. Ловлю его в прицел и стреляю. Его пилот попытался уйти на бреющем, но врезался в верхушку холма. Разворачиваюсь, высматриваю своего подопечного. Он недалеко, по моей команде подходит ко мне, и мы летим домой "(здесь необходимо отметить, что немногочисленные Me 262, появлявшиеся на Восточном фронте, также несли потери от советских истребителей; по крайней мере в марте-апреле 1945 года три советских летчика - капитаны Кожедуб (Ла-7), Кузнецов (Як-9) и Марквеладзе (Як-9) заявили о уничтожении реактивных самолетов противника, а лейтенант Сивко (Як-9) погиб в бою против пары Me 262, сбив одного из них - прим. ред.).

В конце марта 1945 г. формирование JV 44 закончилось. Галланд решил использовать все свои связи для того, чтобы его часть перевели в южную Германию. Официально он обосновал это "прикрытием сохранившихся промышленных объектов": но на самом деле - не хотел держать своих летчиков под Берлином, где ожидался главный удар Красной Армии. Он действительно получил такой приказ 31 марта 1945 г, однако подготовка к перебазированию на аэродром Мюнхен-Рием начал еще за несколько дней до того. Первым ушел из Бранденбурга поезд, который вез оснащение JV 44 - оборудование, оружие, тягачи, автомобили, кухню и запчасти к Me 262. Все необходимое, что удалось получить со складов. Из-за плохой погоды перегонка самолетов началась только 3 апреля 1945 г. Самолеты летели по маршруту Эрлангер-Нюрнберг-Мюнхен, причем из 12 были потеряны два. Одним из них был самолет обер-фельдфебеля Э.Шалльнозера, "белая пятерка", сбитая над Мюнхеном американским истребителем Р-38.

В Мюнхене для самолетов подготовили укрытия подальше от взлетной полосы, поскольку этот аэродром был излюбленной целью американской авиации. Одновременно протекал ремонт всех Me 262 и вооружение их ракетами R4M, которые очень нравились Галланду и Штейнгофу. Все самолеты получили под каждое крыло панель, на которую можно было повесить 12 ракет. Таким образом с самолета можно было дать залп сразу 24 неуправляемыми ракетами, каждая с 0,5 кг взрывчатки в головной части. Некоторые Me 262 получили такую подвеску еще в Бранденбурге, но там это оружие не испытывалось. Поэтому летчикам было очень интересно испробовать ракеты на американских бомбардировщиках.

Личный состав части разместили возле аэродрома. Галланд и Штейнгоф использовали последние свободные дни перед началом боевых полетов для объезда лазаретов и полевых госпиталей под Мюнхеном, чтобы найти еще кого-нибудь из "стариков" и привезти в JV44. В Доме авиации у озера Тегерн они нашли тех, кого искали: В.Крупинского и Г.Баркхорна. Первый, ас Восточного фронта, был одним из учителей Э.Хартманна и сам сбил более 190 самолетов. Второй, ас № 2 в списке пилотов люфтваффе, имел на своем счету 301 победу. Оба они решили, что последуют за Галландом в Мюнхен. Вскоре из Италии приехал человек, которого так ждали - оратор от "мятежников" - Лютцов. Вновь прибывшие начали переучиваться на Me 262.

Именно в эти дни JV 44 начала становиться "элитной частью", о которой Галланд потом писал: "Рыцарский крест являлся нашим служебным знаком!"

4 апреля 1945 г. самолеты JV 44 впервые встретились в воздушном бою с американскими самолетами. Пилоты "Мустангов" из 324 FG (15-е ВВС) встретили над Мюнхеном группу Me 262. Лейтенант А. Кэндис и лейтенант Дж.В. Хаун записали под одному поврежденному Me 262, а лейтенант Р.А. Деци - один сбитый Me 262. Между 16.20 и 16.35 еще одна группа американских истребителей 325 FG столкнулась под Мюнхеном с Me 262, а лейтенант У.Дей - повредил один из них.

Немецкие источники об этих боях не упоминают, поэтому сегодня нельзя твердо утверждать, насколько правдоподобны утверждения американских летчиков. Впрочем, Me 262 не предназначался для маневренных воздушных боев.

Главной задачей JV 44 был перехват соединений бомбардировщиков союзников. Из-за большой прикрываемой площади и низких разгонных характеристик Me 262 из JV 44 были вынуждены действовать тройками, тогда как в JG 7 обычно использовалась четверка. Тройка самолетов была выбрана из-за плохой маневренности реактивных истребителей, которым было трудно удерживать строй во время маневров. Два задних самолета обычно летели чуть ниже, чтобы не терять ведомого во время маневров из-за плохого обзора с самолета вниз.

Для атаки бомбардировщиков JV 44 обычно использовала не менее эскадрильи - обычно девять истребителей или три тройки. Одно звено было ведущим, два других летели сзади и выше. Интервал между самолетами был 100 м и 150 м по высоте, между звеньями - 300 м. При полете более одной эскадрильи другие занимали место сзади и чуть выше. При обнаружении строя бомбардировщиков звенья разделялись и атаковали сзади поодиночке. При использовании нескольких эскадрилий перехватчиков, каждая из них атаковала "свою" группу бомбардировщиков. Атака начиналась за 5 км до цели обычно с превышения в 2000 м. Me 262 перестраивались в колонну и пикировали на 500 м ниже строя бомбардировщиков и за 1500 м до них, потом опять набирали высоту, чтобы оказаться прямо за ней в 1000 м. Главной целью этого маневра было набрать скорость до 850 км/ч, что исключало противодействие истребителей эскорта, хотя меньшая скорость была предпочтительнее для точного прицеливания. При атаке звено старалось действовать максимально разомкнуто, чтобы разорвать "стену" оборонительного огня с бомбардировщиков.

Me 262 из JV 44 использовали обычный прицел "Реви" 16В, но со специально нанесенными метками, соответствующими размаху крыла В-17 на дистанции 600 м. На этой дистанции залпом пускались 24 ракеты R4M, после чего пилот открывал огонь из пушек МК 108. При сближении на 150 м с целью Me 262 немного набирали высоту, что- . бы как можно ближе пройти над строем бомбардировщиков, затрудняя тем самым ведение огня воздушным стрелкам В-17. Проход под строем бомбардировщиков считался опасным, так как обломки поврежденных бомбардировщиков и стреляные гильзы, сыпавшиеся в большом количестве, могли попасть в воздухозаборники турбореактивных двигателей.

После прохода над бомбардировщиками следовала атака следующей по курсу группы бомбардировщиков, либо уход пикированием из боя. Собрать группу после атаки не пытались - строй рассыпался слишком широко, а запас топлива был слишком малым. Лобовая атака была нереальной из-за слишком большой скорости сближения, что не позволяло точно целиться и вести огонь.

Встретившись с истребителями союзников, командир группы Me 262 решал принимать ли бой чаще всего в зависимости от наличии запаса скорости. Me 262 набирали высоту и атаковали сверху. Пилотам истребителей союзников ничего не оставалось, как разворачиваться на атакующие реактивные самолеты, так как тот, который продолжал лететь по прямой, обычно сбивался. Me 262 обычно уходили вверх и повторяли атаку. Если истребители союзников становились в оборонительный круг, то Me 262 пикировали сверху и открывали огонь, пытаясь совершить поворот вслед за "кругом", после чего уходили вверх. Затягивание боя на виражах для Me 262 всегда было не выгодно.

5 апреля 1945 г. JV 44 подняли против строя В-17 и В-24, сформировавшегося под Парижем и летевшего в северо-восточном направлении. С Риема поднялись пять Me 262. При первом контакте с соединением ракетами они сбили два В-17. Один из них упал под Карлсруэ. Еще два В-17 были повреждены так сильно, что по возвращении их должны были списать. Кроме бомбардировщиков американцы потеряли один Р-51 из сопровождения, ставший жертвой одного из немецких летчиков.

После израсходования ракет летчики JV44 напали на вторую волну американских бомбардировщиков, состоявшую из В-24. На этот раз атаковали пушечным огнем. Вот, что сказал об этом Ч.Бэимэн, пилот летевший в одном из В-24: "В этом вылете я действовал как командир одной из машин. Мы находились глубоко в воздушном пространстве Германии, когда справа промелькнул очень быстроходный самолет. "Что это было?" - крикнул мой второй пилот. "Мессершмитт 262" - реактивный самолет," - ответил я. Видим, что три В-24 в пламени уже идут к земле. Их экипажи, по-видимому, ничего не поняли, такой неожиданной была атака немецких реактивных истребителей. Стрелки сообщили, что видят Me 262, летающие вокруг нас. Где, к черту, наше истребительное прикрытие? В этот момент бомбардировщик затрясся от пулеметной пальбы и кабина заполнилась дымом горелого пороха. Один Me 262 пролетел над нашими головами; пулеметы бортовых стрелков палили как бешеные. "Реактив" с каждой секундой уменьшался, скорость его падала. Я видел, как он спустился в облачность и прямо перед нашим строем взорвался. Me 262 атаковали нас дважды. При второй атаке мы потеряли еще два В-24. Около пятидесяти наших летчиков тогда погибло".

За этот день пилоты JV 44 могли быть спокойны. Сбили 7 американских четырехмоторных бомбардировщиков и еще несколько были повреждены. Ракеты R4M показали себя очень эффективным оружием. Одна ракета была способна уничтожить "летающую крепость".

Неизвестно имя летчика, погибшего во взорвавшемся Me 262. Вероятно, это был кто-то из новичков.

В течение нескольких дней не произошло никаких боев. JV 44 интенсивно занимались переучиванием пилотов на Me 262.

8 апреля 1945 г. полковник Штейнгоф стартовал со своими ведомыми лейтенантом Фархманном и капитаном Крупински. Долетели до подножия Альп. Летели на высоте 6000 м. Штейнгоф сообщил: "Лайтнинги" слева, внизу!", и начал подниматься. Фархманн не удержался в строю и остался на 1000 м ниже. Штейнгоф перешел в пикирование и атаковал группу Р-38. Снова проявилась его старая ошибка при атаках на Me 262 - неправильное упреждение при стрельбе. Снаряды его пушек не попали ни в один самолет, но и его "Швальбе" неповрежденным проскочил сквозь строй американцев.

Штейнгоф продолжил полет курсом на Штуттгарт, откуда центр наведения сообщил о вражеских бомбардировщиках. Набрал высоту 8000 м, где его самолет нашел Фархманн и пристроился к нему. Минутой позже подошел и Крупински.

Недалеко от Штуттгарта они обнаружили большое соединение В-24 и В-17. Это были самолеты восьмой воздушной армии (8AF), идущие на Регенсбург. Первым атаковал Штейноф. Он пролетел мимо самолетов охранения и при приближении к бомбардировщикам хотел сперва открыть огонь ракетами. Однако устройство не сработало, ракеты не сошли с направляющих. Поэтому он быстро перешел на стрельбу из пушек. Штейнгоф обернулся и увидел, как моторы одного из "Либерейторов" окутались пламенем и черным дымом. Второй четырехмоторный бомбардировщик сбил Фахрманн, а затем один В-17 послал к земле Крупински. Фархманну удалось подбить еще один В-17, он повредил ему правый мотор. Минутой позже на него напали неприятельские истребители. Штейнгоф высматривал своего ведомого, но безрезультатно. Количество горючего вынуждало его вернуться в Рием. Сразу после посадки он стал спрашивать о своем друге. Но никто ничего о нем не знал - сели только два "Швальбе" - Штейнгофа и Крупинского.

Что же стало с Фархманном? При заходе в атаку стрелки повредили ему правое крыло так, что отказал мотор. Фархманн попробовал уйти на своем поврежденном самолете, но его засекли четыре истребителя сопровождения. Отход не удался, Me 262 летел на одном моторе слишком медленно и американские истребители засыпали "Швальбе" пулями. Они пробили кабину и разнесли приборную доску. Фархманн понял, что для спасения ему надо выпрыгнуть. Открыл фонарь кабины, расстегнул ремни и поток воздуха буквально "высосал" его из кабины. Дернул за петлю парашюта и снизился на небольшой лесок у берега Дуная . Когда он опускался, то услышал, как что-то большое упало в реку - это закончил свой путь его Me 262.

Фархманна сбил лейтенант Дж. Усятинский из 358 FG (9 AF), который в 14.15 атаковал один Me 262 поблизости от места, где упал самолет ведомого Штейнгофа.

9 апреля 1945 г. бомбардировщики 8 AF выбрали целью Мюнхен, в частности аэродром Рием, с которого действовали Me 262.

JV 44 потеряла тогда не менее одного самолета. Его записал на свой счет майор Э. Гиллер из 55 FG, пилот истребителя Р-51: "Когда мы вели крупное соединение на Мюнхен, влетели в небольшие облака, севернее города,непосредственно перед целью. Я был на высоте 7000 м. Когда выскочил из облаков, столкнулся с Me 262, оказавшимся напротив меня. Я видел, что его преследовали два Р-51. Я сбросил баки и повернул влево в надежде перехватить его. У меня было преимущество в высоте и я пустился за ним. Примерно через 10 минут я его догнал. Реактивный самолет слегка развернулся и начал снижаться. При этом мы оказались над нижней окраиной Мюнхена: Me 262 шел на высоте 300 м, а я на 2000 м. Тут я его опять на минуту потерял, затем нашел - он подходил к аэродрому Рие. Я дал полный газ своему Р-51 и догнал немца на высоте 150 м, за 100 м до взлетной полосы. Дал несколько очередей и наблюдал попадание в левое крыло и фюзеляж. Немец уже выпустил шасси и его скорость была .около 400 км/ч. У меня на указателе скорости было 720 км/ ч, поэтому я пролетел над ним и взял ручку на себя, чтобы вновь набрать высоту. Когда я обернулся, я увидел, что мой противник лег на брюхо примерно в 100 м за полосой. Он не горел - видимо остался без горючего. Немецкий самолет был наверняка уничтожен".

Сведения майора Гиллера подтверждают то, о чем говорили немецкие летчики: самолет был наиболее уязвим при взлете и посадке. Эта атака является классическим примером борьбы с Me 262.

Кроме этого самолета JV 44 по американским данным потеряла еще один, сбитый другим летчиком 55 FG, лейтенантом Г.Муром. Однако эта победа не была подтверждена и подробности ее неизвестны.

А что о 9.4.45 пишут немецкие документы? Авиасоединение врага начало налет на Мюнхен и аэродром Рием. Несколько вражеских бомбардировщиков сбито в ходе того налета. Взлетные полосы в Риене сильно повреждены, нарушено снабжение водой и электроэнергией. Повреждены ангары, мастерские, уничтожено несколько емкостей с топливом. Начаты интенсивные работы по ликвидации ущерба, но не менее двух дней аэродром не мог функционировать".

Для Галланда и его летчиков это означало, что они не будут иметь возможности взлетать против неприятеля. 10.4.45 Галланд был вызван Герингом в Оберзальтцберген. Галланд об этом позднее написал: "Рейхсмаршалл принял меня с удивительным вниманием, попросил проинформировать о первых боях моей части. Все его скептическое отношение к Me 262 при обороне Рейха исчезло. Геринг подтвердил, что я был прав в вопросе использования Me 262."

На аэродроме Рием персонал упорно старался привести полосу в рабочее состояние. Работам постоянно мешали летчики 353 FG, которые сбрасывали небольшие осколочные бомбы и обстреливали все движущееся. Наконец им удалось обнаружить замаскированные Me 262, которые они и выбрали своей целью. Три "Швальбе" были уничтожены полностью и три повреждены. Штейнгоф приказал все остальные Me 262 переместить подальше от аэродрома.

11 апреля 1945 г. бомбардировщики 8 AF снова налетели на Риен и уничтожили все, что удалось отремонтировать. Единственным плюсом было то, что ни один из оставшихся самолетов JV 44 не пострадал. Они переждали налет в укрытиях далеко от целей налета.

Между 12 и 15 апреля 1945 г. на аэродроме Рием шли ускоренные ремонтные работы. За эти дни ни немецкие, ни союзные архивы не упоминают о встречах с Me 262 в окрестностях Мюнхена. Очевидно, американские бомбардировщики проделали "солидную работу" и вынудили JV 44 остаться на земле.

16 апреля 1945 г. наконец взлетная полоса в Риеме была доведена до приемлемого состояния и самолеты JV44 смогли пойти в бой. Первым из них стала атака четырех Me 262 на группу В-26. В атаку их вел сам Галланд. Позднее он писал: "Под Ландсбергом мы столкнулись с группой из 16 "Мародеров". Атаковали их примерно с дистанции 600 м залпом ракет по строю. Видел два попадания. Один самолет загорелся и взорвался. Второй потерял большую часть правого крыла и начал падать прямо вниз. Между тем успешно атаковали три машины, шедшие за мной. Мой ведомый, Э.Шалльмозер, несколько дней назад таранивший над Риемом "Лайтнинг", не стрелял, пока совсем близко не подошел к В-26. Когда он открыл огонь по вражескому бомбардировщику, то уже не мог увернуться и самолеты столкнулись. Обе машины начали падать к земле, никто из нас не думал, что у молодого летчика есть шанс выжить. Но вечером зазвонил телефон - с окраины Кемлхна говорил Шалльмозер. Послали за ним машину. Долго ждали, пока его привезут, наконец он появился с раненой ногой и парашютом. Он жалел, что не навестил свою мать, жившую недалеко от того места, где он выпрыгнул".

После полудня подразделение Галланда стартовало снова, на этот раз против четырехмоторных бомбардировщиков 8 AF, бомбивших Розенгейм к югу от Мюнхена. Опять произошло столкновение с американскими истребителями. Майор Л.Норли вспоминал:" Мы обеспечивали непосредственное прикрытие "коробки" бомбардировщиков на всем пути. У самого Мюнхена на высоте около 700 м заметили одиночный Me 262, летящий к юго-востоку. Я послал за ним одно звено, чтобы проследить за ним, а если он пойдет на посадку, сбить его. Однако пилот реактивного самолета заметил их, дал газ и улетел".

Пилоты JV 44 добились успеха - напали на соединение В-17 и сбили три машины.

17 апреля 1945 г. стартовали 9 Me 262 под командой Галланда, Штейнгофа и Хохагена, разбитые на три звена по три самолета. Вероятно, это было наибольшее количество самолетов, которые JV44 одновременно бросила в бой. Маленькая группа полетела к Мюнхену, на который американские бомбардировщики ссыпали свой смертоносный груз.

Пилоты Me 262 ждали, когда бомбардировщики покинут зону зенитного огня, а затем пошли в атаку. Первой выпустила ракеты первая тройка. Строй В-17 нарушился. Один самолет взорвался, окружающие, пораженные ударной волной, вывалились из строя. В этот момент выпустила свои ракеты вторая тройка Me 262. Полковник Штейнгоф видел, как последний "Швальбе" звена замешкался с ракетами, и обладая очень высокой скоростью по сравнению с бомбардировщиками, врезался в один из "боингов". Немецкий истребитель крылом буквально срезал высокий киль. В-17 завращался и начал падать к земле (в его обломках погиб весь экипаж лейтенанта Б.Хэрриса). Me 262 без внешней части крыла последовал за ним. У Штейнгофа не было времени проследить дальнейшую судьбу неуправляемого истребителя, поскольку нужно было вести в атаку свое звено. Сперва он хотел выстрелить ракетами. Однако спусковое устройство опять не сработало и он пролетел сквозь строй американских бомбардировщиков, стреляя из пушек. Он спокойно наблюдал, как из одного В-17 повалил дым. И еще один самолет загорелся. Тут сверху свалились американские истребители сопровождения. Но немецкие летчики не дали втянуть себя в бой, увеличили скорость и направились к Риему. Однако свой аэродром они обнаружили в руинах. За время их отсутствия другое соединение бомбардировщиков основательно повредило аэродром. Впрочем, все Me 262 успешно приземлились, были оттянуты в сторону и укрыты.

Возвратилось 8 самолетов. Пропала машина обер-фельдфебеля Э. Шалльмозера. Это он столкнулся с В-17. После его третьего тарана никто не верил, что увидит его живым. Но на второй день Шалльмозер объявился в Риеме. Ему опять удалось покинуть неуправляемый Me 262 и спуститься на парашюте. В этом бою над Мюнхеном немецкие пилоты насчитали шесть сбитых В-17 и два сильно поврежденных. В действительности было потеряно 7 В-17, один от огня зенитной артиллерии и несколько сильно повреждено.

Утром 18.4.45 РЛС немцев обнаружили большую группу бомбардировщиков в районе Штуттгарта. Предполагаемая цель-Регенсбург. Была установлена связь с JV 44 в Риеме и Галланд приказал поднять шесть Me 262. Самолеты взлетали тройками. В тот день стартовал наилучший состав не только в JV44, но и во всех "люфтваффе". Это были: Штейнгоф (176 побед), Галланд (104), Баркхорн (301), Крупински (197), Лютцов (105), Фархманн (4).

Первое звено, Галланд-Баркхорн-Лютцов, взлетело без проблем, хотя у Бакхорна это был первый боевой вылет на Me 262. Старт второго звена начался с неприятностей. У ведущего, полковника Штейнгофа, попав в бомбовую воронку, сломалась правая стойка шасси. Истребитель, нагруженный горючим и ракетами, шаркнул по земле, правый мотор вспыхнул; машина на полном ходу врезалась в насыпь на конце полосы. Шасси сломалось, самолет подпрыгнул и сразу после падения загорелся. Никто не надеялся,что Штейнгоф спасется. Но прямо из пламени выскочил горящий летчик. Его привезли в больницу, где он и встретил конец войны.

Пять оставшихся Me 262 напали на группу В-26 из 322BG и, пройдя через охранение из Р-51, сбили один "Мародер" и второй повредили. Данные другой стороны показывают, что Штейнгоф не был единственной потерей JV 44 в тот день. "Мустанги" из 325 FG патрулировали 18.4.45 поблизости от Риема. В 10.50 майор Джонсон заметил взлетающий реактивный истребитель. Он спикировал с 3000 м к земле и его пулеметы поразили Me 262 в минуту, когда тот оторвался от земли. Немецкий летчик и под обстрелом набирал высоту и разворачивался влево. Джонсон удерживал контакт и стрелял короткими очередями. Оба самолета поднялись на высоту 1000 м, когда Me 262 повалился назад, а немецкий летчик выпрыгнул с парашютом. Имя сбитого летчика неизвестно.

Удача похоже отвернулась от JV 44. 21 апреля в бою был ранен Баркхорн, а 24-го объявили пропавшим без вести полковника Лютцова. 26 апреля эту часть постигла новая беда - был ранен Галланд и его пришлось отправить в госпиталь. За время своего существования JV44 записала на свой счет около 50 воздушных побед.

Как уже говорилось ранее, для ускоренной подготовки пилотов на реактивные самолеты в сентябре 1944 г в Лекфельде не базе испытательной команды "262" была сформирована группа III/ EJG 2. Эта часть стала широко известна в начале 1945 г., когда командование люфтваффе решило ускорить вооружение истребительных частей самолетами Me 262.

III/EJG2 разместили на аэродроме в Лекфельде, и туда начали прибывать пилоты истребительной и бомбардировочной авиации. Приказ был один: "Как можно быстрее научитесь летать на реактивных истребителях!" В соответствии с этим и строился курс. Сначала 20 часов полетов на Bf 110 и Me 410 с одним выключенным мотором, что готовило к будущим трудностям с Me 262. Собственно, ознакомление со "Швальбе" включало восемь полетов общей продолжительностью 7 часов: час по кругу над аэродромом, два часа пилотажа, час полета над местностью (обучение навигации), час высотных полетов и два часа для выработки навыков полета в строю. Под конец - полет со стрельбой. На этом обучение заканчивалось, все остальное проводилось в части, куда направлялся летчик, и во многом зависело от его подготовки.

Но проводить и эту минимальную программу в начале 1945 г было непросто. Двухместных Me 262B было очень мало, некоторые опытные фронтовые летчики от теоретического курса переходили сразу на боевые одноместные машины. Удивительно, но при постоянных неполадках по техническим причинам случилась всего одна авария из-за ошибки при пилотаже во время обучения.

Подготовке постоянно мешала авиация союзников, о чем пишет капитан Э.Хартманн, который одним из многих проходил переподготовку на Me 262:

"Американцы атаковали аэродром каждое утро, и полеты можно было начинать лишь после ремонта взлетной полосы, примерно в 10.30. Летали час-полтора, потом к полудню появлялись истребители союзников и атаковали с с пикирования. За ними прилетали Р-47, сбрасывавшие за раз пять тонн взрывчатки. Ночью слышался типичный звук моторов "Мерлин", что означало, что нас навестили "Москито". Самолеты RAF пикировали, стреляли по всему, что светится на аэродроме и вокруг него".

Как можно видеть, работа III/EJG 2 была совсем непростой. В феврале 1945 г. командование частью принял известный немецкий летчик-ас Гейнц Бар. Бар кроме обучения летчиков, участвовал в испытаниях, проходивших в Лекфельдском отделении фирмы "Мессершмитт". Практически, Бар летал на них несколько раз в день, поэтому неудивительно, что в управлении реактивным истребителем он достиг мастерства, позволившего получить столь высокие боевые результаты. К сожалению, сейчас уже нельзя точно выяснить, в каких испытаниях участвовал Бар (80-90 полетов на опытных машинах не записаны в его летной книжке). Он летал с подвесными баками, с ракетами R4M, и на самолетах с комбинированным вооружением (Me 262A-la и Me 262A-la/U5). Подтверждается его полет на Me 262С-1 ("Хейматшутцер I"). На этом самолете Бар взлетел 15.02.45 и достиг при этом наивысших показателей, замеренных когда-либо на Me 262 - скорости 1040 км/ч и высоты 14700 м. Помимо испытаний и обучения летчиков, Бар опять стал совершать боевые полеты. Его первый известный боевой вылет 02.03.45 г. Он имел на своей стороне два преимущества: реактивный истребитель, которым овладели еще немногие, и своего старого приятеля Лео Шумахера, который тоже попал в III/ EJG 2, и опять стал ведомым своего командира из JG 1. Можно считать, что частично заслуга Бара в том, что Шумахер 01.03.45 был удостоен Рыцарского креста.

Первую победу на Me 262 Бар одержал 19.03.45. Вражеский истребитель типа Р-51 пришлось атаковать дважды, поскольку на первом заходе оружие отказало. Помеху удалось устранить, Бар вернулся, и с правого боевого разворота открыл огонь из всех четырех Мк 108. Как видели наблюдатели, Р-51 потерял высоту и упал.

Здесь необходимо сделать небольшую вставку. Этот Р-51 был первой победой Бара на реактивном самолете, за ним последовали другие, которые вынесли его во главу немецких летчиков-истребителей, воевавших на этом типе. Подтвержденных побед у Бара было 16, но в авиационной литературе сообщают о 19. Нигде не уточняют, какие из них подтверждены.

Бар относит первый успех на "турбине" к 19.03.45. При этом он летел на Me 262A-1 (зав.ном. 110559) с красным номером "13" на фюзеляже. Интересно, что в то время Шумахер летал на Me 262A-1 с обозначением "23" красного цвета. Эти номера они сохраняли еще с аэродрома в Стермеде. Немецкие летчики верили в счастливые числа. Может быть, в этом что-то и было, что позволило Бару развить свои успехи. 21.03.45 от его снарядов взорвались баки американского "Либерейтора", и бомбардировщик в пламени упал на землю. Тремя днями позже, 24.03.45 он сбил над Штуттгартом еще двух противников - один Р-51 и один "Либерейтор". Хвост ему вновь прикрывал старый ведомый Шумахер.

27.03.45 аэродром в Лекфельде посетил подполковник Вальтер Даль (128 побед), новый инспектор дневных истребителей. Когда он все осмотрел, то пожелал слетать с пилотами I1I/EJG2 на боевое задание. Имел место постепенный старт против бомбардировщиков, шедших на Лекфельд. Даль взлетел вместе с Баром и еще несколькими пилотами на Me 262.

После боя он объявил о том, что сбил два Р-47 (126-я и 127-я победы). Бар доложил о трех, а фельдфебель Раухенштейнер об одном Р-47. Однако, в тот день USAAF потеряли один Р-47 из 367 FG, еще один Р-47 по неизвестным причинам упал в Ла-Манш. 04.04.45 Бар заявил об одном Р-51, а 09.04.45 взлетел против соединения из 40 В-26 из 387 BG, которые шли на военные склады в районе Амберг-Куммерсбрюк. По рассказам американских летчиков, на них напала пара Me 262, которая.сбила один В-26 и один сильно повредила. Один из реактивных самолетов получил повреждение от огня бортовых стрелков и вспыхнул. Может быть правдой, что в этом случае победу одержал Бар, который в тот день записал на свой счет два В-26. 12.04.45 он объявил об уничтожении еще одного В-26, а 18.04.45 -двух Р-47.

После войны Бара допрашивали насчет его мнения о Me 262. Он отвечал: "Когда мы сели на Me 262, все стало иначе, и мы получили преимущество над истребителями союзников. Реактивный самолет превосходил любой поршневой. Мы могли принять бой, либо избежать его. Решение принадлежало нам. Преимущество в тяге и вооружении, которые нам давал Me 262, являлись решающими в бою истребителей. Это все в предположении, что работают обе турбины. Если один двигатель выходил из строя, было хуже. Наибольшие проблемы нам создавали истребители союзников, которые вели нас до дома и расстреливали над аэродромом, когда мы приземлялись".

Бар хорошо знал, что говорил. Он подтвердил свое мастерство во владении Me 262, примером чего стали два Р-51, которых он сбил 19.04.45. В этот день USAAF действительно сообщили о потере двух "Мустангов": одного из 354 FG и одного из 364 FG. Бар в тот день стартовал на "красном 13", № 110559.

Это были его последние победы в III/ EJG 2. Хотя применение Me 262, несомненно, было успешным, и самолет продемонстрировал преимущество над всеми самолетами союзников, несколько сот реактивных истребителей не могли ни существенно повлиять на результаты войны в воздухе, ни остановить наступление войск неприятеля. Конец "третьего рейха" неотвратимо приближался.

23.04.45, перед подходом частей американской армии, Лекфельд эвакуировали. Бар вместе с другими летчиками III/EJG 2 перегнал все исправные Me 262 в Мюнхен-Рейм, к JV 44 Адольфа Галланда. Вместе с Me 262 в Мюнхен перелетели несколько Не 162 из Егрrрobungs kommando 162, которую во второй половине апреля эвакуировали в Ленкфельд из Рехлина. В литературе часто встречается мнение, что Бар руководил этим kommando в Рехлине, но это ошибка; он был командиром II1/EJG 2, и подразделением Не 162 командовал только в момент его прибытия в Лекфельд.

Люди из III/EJG 2 вовремя усилили JV 44. Как уже говорилось выше, в конце апреля эта часть лишилась полковника Иоганна Стейнхоффа, который на своем Me 262 попал в аварию на взлете, и с тяжелыми ожогами угодил в госпиталь, майора Баркхорна, полковника Понтера Лютцова и самого Галланда. Командование JV 44 принял Бар.

В конце апреля 1945 г. уже чувствовалось, что конец близок. Уже ничего не было, ни горючего, ни запчастей, ни приказов. Как ни странно, Me 262 хватало - их передавали из расформируемых частей в JV44. 28.04.45 она еще взлетала против неприятеля. Единственную победу одержал Бар, сбивший один Р-47. Следующий день стал последним, когда JV44 поднималась в бой. Взлетели два-три реактивных истребителя;

Гейнц Бар в это время одержал свою последнюю победу. Над Бад-Альбингеном он подстрелил "Москито". Его счет закончился числом 221.

В JV44 Бар летал на разных Me 262А-1. Позднее утверждали, что несколько побед он одержал на Me 262A-la/Ul. Самолет с таким обозначением действительно существовал, у него вместо обычных четырех Мк 108 впереди стояли шесть разного типа: четыре MG 151/20 и две Мк 103. Бар утверждал, что на таком Me 262 атаковал "Москито" в JV 44.

Интересно, что такое комбинированное вооружение себя не оправдало, было демонтировано, и самолет вернули к исходному виду.

В последние дни апреля 1945 г. JV 44 перелетела в австрийский г. Зальцбург. Там 02.05.45 её застал приказ переместиться в район Праги и войти в состав JG7 как IV группа. Однако, этот приказ выполнен не был. 03.05.45 Зальцбург капитулировал. Когда к летному полю стали приближаться американские танки, Гейнц Бар отдал свой последний приказ: "Зажигайте Me 262!" Его военная одиссея закончилась в американском плену. За войну он совершил около 1000 боевых вылетов, сбил на Восточном фронте 96 самолетов, а остальные из 221 победы одержал против союзников. На Me 262 он имел 16 подтвержденных побед. Уничтожил 22 американских четырехмоторных бомбардировщика. Сам был сбит 18 раз, 4 раза пользовался парашютом.

Американцы хорошо понимали, кого им удалось захватить. Люди, летавшие на Me 262, были очень ценны. После нескольких предварительных допросов все офицеры JV 44 были погружены в транспортный самолет и вывезены в Англию. Их разместили в специальном лагере №7 в Бовингтоне. Большая часть вопросов касалась Me 262. Бар и остальные рассказывали. Запираться не было никакого смысла, война была проиграна, союзники захватили значительное количество неповрежденных Me 262. Режим в лагере был довольно свободным. Все изменилось, когда пленным стало нечего сказать, и их послали на континент, в обычный лагерь военнопленных. Там условия были значительно хуже. Бара отпустили в середине 1947 г. Его возвращение в гражданскую жизнь стало непростым. Там, где он просил работу, при беседе его отвергали. Он перебрал множество невзрачных работ, пока в 1950 г. у него не появился шанс. В одном немецком аэроклубе он стал инструктором.

28.04.57 Бар представлял в Брауншвейге легкий спортивный самолет. Неожиданно тот на высоте 50 м перешел в штопор, и лучший ас реактивной авиации времен Второй мировой войны на глазах своей семьи нашел смерть в обломках самолета.

Ме. 262 на советском фронте

Впервые советские летчики встретились с реактивным "Мессершмиттом" весной 1945-го. Несмотря на то, что пилотов готовили к этим встречам, вступать с ними в поединок было практически бесполезно. Победить врага можно было лишь при благоприятном стечении обстоятельств, в расчёте на неожиданность.

Описание фрагментов боев с Me.262 можно найти в воспоминаниях маршалов авиации С.А. Красовского и С.И. Руденко. Кроме всемирно известной победы И.Н. Кожедуба, реактивные "Мессершмитты" были записаны на счета Марквеладзе, Кузнецова и других летчиков 16-й воздушной армии. Например, лейтенант Л. Сивко сбил Me.262, заходивший в хвост штурмовика Ил-2, залповым огнем.

Во 2-й воздушной армии первыми открыли счет сбитым реактивным машинам, когда те также атаковали Ил-2, летчики 2-го гвардейского штурмового авиакорпуса. Но разобраться в преимуществах и недостатках новинки немецкой авиации мы смогли лишь после окончания войны.

Источники

  • "Крылья-дайджест" /№10 1997г./
  • "Ме. 262 на советском фронте" /Николай Васильев/

2015 08 06

Смотри здесь: Победа Кожедуба 19 02 1945 г. (12:00), район Хайненсдорф


©AirPages
2003-