Авиация Второй мировой
На главнуюПоиск на сайте English
 
Самолёты Fieseler Fi-156 Fi-156C-3 Фото и схемы Боевое применение Fi-156 Luftwaffe

Боевое применение Fi 156

Операция «Weissа», осень 1939 года

Спустя всего одиннадцать дней после показа в Ковно началась война. В сентябре 1939 года «Шторьхи» активно использовались в ходе боевых действий в Польше. Численность самолетов этого типа в тот период с трудом поддается оценке. Кроме немногочисленных экземпляров серии А армия располагала 270 самолетами серии С-1. Универсальность «Шторьха» привела к тому, что самолету пришлось решать самый широкий круг задач. Самолеты данного типа находились в составе различных частей и соединений. Их применяли для перевозки курьеров и связных, а также для разведки. «Шторьх» был самолетом многоцелевым.

Утром 1 сентября 1939 года в предместьях Велюни пулей пробило топливный бак у «Шторьха», на котором летел командующий VIII авиационного корпуса генерал-лейтенант Фольфрам фон Рихтгофен. Несмотря на то, что бензин лился из бака, самолет дотянул до линии фронта. Спустя два дня жертвой польских зенитчиков пал другой «Шторьх» из штаба 3-й Армии (Armeeoberkommando 3). В тот же день немецкими войсками по ошибке был сбит еще один «Шторьх» из 1 ./Aufklaerungsgruppe (H) 14.

Утром 9 сентября 1939 года с полевого аэродрома в Волбоже под Томашувом-Мазовецким вылетел Fi-156C из II./LG 2, пилотированный унтер-офицером Шигоррой. Пассажирское кресло занимал майор Вер-нер Шпильфогель, в задачу которого входило обнаружить в предместьях Варшавы подходящие цели для своего дивизиона «Хеншелей» Hs-123. Самолет шел со стороны Служевца через Мокотув и Охоту, где попал под прицельный огонь польской зенитной артиллерии и совершил вынужденную посадку на одной из варшавских улиц. Шпильфогель пытался вытащить из горящего самолета тяжело раненного Шигорру, но поляки открыли по самолету ураганный огонь, и оба немецких летчика погибли на месте.

На следующее утро еще один «Шторьх» из 4./Aufklaerungsgruppe (H) 23, приданной группе армий «Юг» разбился на полевом аэродроме в районе Люблинца. 12 сентября еще одна машина из состава 4-го воздушного флота получила серьезные повреждения при посадке. Осмотр показал, что самолет не подлежит ремонту. 27 сентября 1939 года, совершая вынужденную посадку в районе деревни Паёлевы, разбился «Шторьх» из 4. Aufklaerungsgruppe (H) 21. В ходе сражения над Бзурой авиационную разведку в числе других частей вела 5./ Aufklaerungsgruppe (H) 13, оснащенная «Хейнкелями» Не-46С/Не-45. Группа действовала в зоне ответственности XIII армейского корпуса Лодзь-Скерневице-Кутно. В составе группы имелось по меньшей мере три Fi-156, которые использовались

в качестве курьерских самолетов, поэтому не подвергалась серьезной опасности. Тем не менее, группа потеряла «Шторьх» 4E+NN, который разбился при посадке на аэродроме Сарнув. Два других «Шторьха» группы носили номера 4E+LP и 4E+UL.

Опыт польской кампании показал уязвимость «Шторьха», хрупкая конструкция которого оказалась уязвима не только для огня зенитной артиллерии, но и для огня ручного оружия. Поэтому было решено в дальнейшем Fi-156 для разведки поля боя не использовать. Кроме того, опыт боев показал, что «Шторьх» нуждается в вооружении. В результате появилась модель С-3, оснащенная двигателем Argus As 10Р-1 и пулеметом MG 15. Радиооборудование с самолета сняли, при этом несколько изменили конструкцию каркаса фюзеляжа. Возможность перевозки третьего человека на откидном сиденье сохранилась. Тем временем блицкриг на востоке закончился и начался зицкриг на западе.

К 1 мая 1940 года люфтваффе получили триста пятьдесят пять «Шторьхов» разных серий. Из них двести семьдесят семь находились в исправном состоянии, 18 нуждались в ремонте, а шестьдесят по разным причинам было списано. В операции «Weseruebung», начавшейся 9 апреля 1940 года, участвовало всего несколько «Шторьхов». При этом самолеты использовали только в качестве курьерских, не применяя их для разведки. Основной парк берегли, готовясь к наступательной операции во Франции. «Шторьхи» также применялись для разведки французских передовых позиций, зарегистрировано несколько случаев появления Fi-156 по ту сторону фронта. Французские солдаты прозвали Fi-156 словом mouchard - «шпион».

«Niwi», 1940 г.

Под этим секретным названием скрывалась операция, проведенная с использованием возможности «Шторьхов» взлетать и садиться на пятачок. Для готовившегося нападения на Бенилюкс рассматривалось два варианта действий. Первый вариант предполагал выброску десанта на территории Бельгии в зоне действия танковой группы генерала фон Клейста с целью ускорить наступление немецких войск через Арденны. Другой вариант предусматривал высадку десанта в зоне действия XIII армейского корпуса в Люксембурге, неподалеку от границы с Францией. Эта операция имела целью усилить южный фланг войск и ускорить их продвижение. Первый сценарий получил обозначение «Niwi», а второй - «Rosa».

В конечном итоге предпочтение отдали первому сценарию, так как Люксембург не представлялся серьезной целью, достойной десанта. Местом выброски десанта в рамках операции «Niwi» выбрали район между Нёфшато, Бастьнью и Мартеланжем. Овладение этим регионом имело ключевое значение в развитии наступления XIX танкового корпуса. Целью десанта было удержать дороги свободными для движения танковых колонн, а также устранить возможные контрдействия со стороны бельгийской армии. Планирование операции шло в феврале 1940 года, но позднее выяснилось, что бельгийские войска передислоцированы на север, а это направление осталось практически беззащитным.

Поскольку большинство транспортных самолетов было занято в составе группы армий «Б» в Голландии», для выброски десанта оыло решено использовать сотню «Шторьхов». В распоряжении имелось всего три транспортника Junkers Ju-52/3m. Общее руководство авиацией, привлеченной к операции, осуществлял майор Отто Фёрстер. В качестве десанта предполагалось высадить подразделения элитного пехотного полка «Grossdeutschland», дислоцированного в Крайлсхайме. В Хильдесхайме находился батальон парашютистов особого назначения Sturmabteilung «Koch», перед которым стояла задача занять бельгийский форт Эбен-Эмаэль. Десантниками командовал подполковник Ойген Гарски. командир III батальона полка «Grossdeutschland». Все Fi-156, выделенные для участия в операции «Niwi», в феврале 1940 года собрали на аэродроме Крайлсхайм с целью провести учения перед самим десантом. Ожидалось, что бельгийские арденнские егеря окажут серьезное сопротивление, поэтому десантники получили большое количество пулеметов и противотанковых средств.

Десант должен был происходить в двух районах. На юге точкой десанта выбрали район населенного пункта Витри. Здесь планировалось высадить 240 человек, доставив их на 56 самолетах. В составе этой группы должен был находиться сам Гарски с двумя радиостанциями для связи с северной группой и штабом XIX танкового корпуса. Северный район находился у Нивса. Сюда планировалось забросить 160 парашютистов с помощью 42 «Шторьхов». Этой группой руководил капитан Вальтер Крюгер. Район высадки находился в десяти километрах от границы Люксембурга и шестидесяти километрах от границы Германии. Время подлета с двух аэродромов под Битбургом составляло около получаса. Это означало, что первый эшелон десанта должен был держаться без подкреплений в течение более чем одного часа. 9 мая 1940 года на эти аэродромы перебросили всех десантников и технику.

10 мая в 4:20 утра началась погрузка десанта. Самолеты, нацеленные на Витри, базировались в Докендорфе, а те, что летели к Нивсу, - в Пютцхёхе. Чтобы избежать встречи с истребителями противника, перелет совершали двумя рассредоточенными группами на предельно малой высоте. Первого «Шторьха» из «северной группы» вел сам майор Фёрстер, а за его спиной сидел капитан Крюгер. Фёрстер вскоре совершил навигационную ошибку и начал забирать на юг, а за ним потянулась вся его группа. Вскоре Фёрстер пересек курс южной группы и увлек за собой часть самолетов. В итоге Гарски оказался над целью лишь с четырьмя самолетами и девятью людьми. Что хуже всего, радиостанция оказалась в одном из сбившихся с курса самолетов. Потому Гарски не мог связаться с Крюгером и штабом, чтобы сообщить о случившемся. Тем не менее, Гарски приступил к выполнению боевого задания.

Тем временем, Фёрстер обнаружил свою ошибку. Поэтому ему удалось направить второй эшелон к Витри и Нивсу, а также подбросить подкрепления к группе Крюгера. В ходе высадки первого эшелона повреждения получили несколько «Шторьхов». Восемь из них не смогли взлететь, поэтому их пришлось уничтожить на земле. Группа Крюгера высадилась в районе Рансимона под деревней Лелиз. Всего высадилось порядка ста восьмидесяти человек, то есть вдвое больше, чем планировалось. Перерезав ближайшие телефонные линии, немцы начали реквизировать у населения все имеющиеся транспортные средства, с помощью которых намеревались совершить бросок на север и достичь район, намеченный планом. Бельгийское командование быстро оценило обстановку и направило в район высадки десанта два мотоциклетных взвода из 1. Regiment de Chasseur Ardennes. Крюгер сумел отбить атаку бельгийцев и направился на север на соединение с Гарски. В Лелизе остался небольшой отряд прикрытия. Бельгийские войска вошли в Лелиз спустя час после того, как деревню покинул последний немецкий солдат. Не сумев определить направление ухода противника, бельгийцы во второй половине дня вернулись назад.

Тем временем отряд Гарски начала резать телефонные провода, блокировать дороги и брать в плен всех встречных бельгийских солдат. До 7:00 немцы не встречали никакого сопротивления. Тем временем, высадился третий эшелон, который был переформирован специально для того, чтобы усилить ослабленный отряд Гарски.

К вечеру отряд Гарски, к тому времени насчитывавший уже порядка трехсот солдат, соединился с передовыми подразделениями 1-й танковой дивизии. На следующий день у Шомона сел Ju-52/Зт со снабжением для группы Гарски. Но три выстрела оказавшегося поблизости бельгийского танка Т-13 привели к тому, что приземлившийся транспортник загорелся. Другой транспортный «Юнкере» был сбит бельгийским патрулем в районе Гран-Росьер. Бельгийско-французские части, используя танки, начали теснить немецких десантников. В ходе боя были сбиты три «Шторьха», пытавшиеся доставить Гарски боеприпасы. Вечером союзники отвели танки, а немецкие десантники снова вступили в Ниве. Ранним утром французы попытались контратаковать, но контратака захлебнулась, столкнувшись с танками 2-й танковой дивизии, вошедшей в Ниве ночью. На этом операция «Niwi» закончилась. Потери немцев составили около тридцати человек из группы Гарски и персонала люфтваффе, а также шестнадцать «Шторьхов». В целом операцию трудно признать удачной. Можно даже поставить под сомнение ее необходимость как таковой. Наступающим немецким частям очень быстро пришлось столкнуться с препятствиями, созданными собственным же десантом. Несмотря на это, многие участники десанта получили «Железные кресты», а Гарски стал кавалером «Рыцарского креста».

Окружение, май 1940 г.

Параллельно с операцией «Niwi» Гитлер предложил провести еще одну операцию с целью оперативного захвата пяти стратегически важных узлов к югу от города Люксембург. За планирование и проведение операции отвечал генерал-лейтенант Вальтер Модель.

Добровольцы из 34-й пехотной дивизии были отправлены в учебные центры в Крайлехайме и Бёблингене. Из них отобрали сто двадцать пять человек. Отобранных перевели в Крайлсхайм, где разделили на пять групп - по одной на каждую цель. Каждая группа получила дополнительное вооружение: пулеметы, мины и противотанковые средства. Общее командование десантниками поручили обер-лейтенанту Вернеру Хеддериху. а отряду присвоили название Luftlandkommando «Hedderich».

В апреле 1940 года вся группа проходила дальнейшую подготовку в Тревире. Там же в 4:30 утра 10 мая десантники первого эшелона погрузились на 25 «Шторьхов». До цели вся группа летела длинной колонной, после чего разделилась на пять частей и каждая часть направилась в заданный район.

Весь район десантирования отлично просматривался со стороны французских позиций и позволял полностью контролировать шоссейную сеть на юге Люксембурга. В 5:00 штаб 16-й армии доложил руководству группы армий «А» о том, что высадка первого эшелона прошла в целом удачно. Не обошлось без обычных накладок. Несколько машин получили повреждения, в том числе оказались и самолеты, не подлежащие ремонту. Их пришлось уничтожить на месте. Но большинство самолетов сумело взлететь и вернуться. Десант столкнулся с сильным сопротивлением. Если бы не подход трех моторизованных групп поддержки (Vorausabteilung) из состава 34-й пехотной дивизии, десант был бы неминуемо уничтожен. В целом операция удалась только благодаря пассивности французской стороны. Операция стоила Германии тридцати убитых солдат и пяти разбитых «Шторьхов».

«Шторьхи» на фронтах

«Шторьхи» применялись почти повсеместно, поэтому рассказать их историю реально возможно только в виде эпизодов. В дальнейшем «Шторьих» уже не применялись в массовых количествах. Тем не менее Fi-156 оставался рабочей лошадкой наравне с большим Ju-52. «Шторьхи» оказались очень удачными курьерскими самолетами. Ими оснащали отдельные эскадрильи, прикрепленные к танковым группам «Гудериан» и «Клейст», а также к другим армейским соединениям. Формировались специальные связные, курьерские и разведывательные эскадрильи. Число таких эскадрилий, сформированных в разные периоды войны, в составе которых имелись «Шторьхи», превосходит две сотни. К этому числу необходимо добавить одиночные машины, имевшиеся практически в любой разведывательной, истребительной или бомбардировочной части. «Шторьхи» часто передавались в распоряжение старших офицеров. Иногда Fi-156 использовались для спасательных операций на море и прокладки телефонных кабелей. Очень часто «Шторьхи» применялись для эвакуации раненых.

В ходе наступления через Бельгию и Голландию «Шторьхи» ни разу не появлялись там, где шли бои. В воздухе шла борьба между люфтваффе и авиацией союзников. Fi-156 применялись там, где небо уже было очищено от самолетов противника. В частности, описан прилет в деревню Вольфспаласт на «Шторьхе» Германа Геринга, желавшего лично осмотреть наступающие немецкие войска.

В первый день боев во Франции произошел еще один любопытный и таинственный эпизод в истории Fi-156. В тот день были сожжены все двадцать два самолета «Шторьх» из состава Aufklaerungsgruppe 156, при этом погибли два летчика, а еще двое пропали без вести. Историкам так и не удалось узнать подробности этого события. Есть только два наиболее убедительных предположения. Согласно первому предположению на аэродром прорвались французские танки, которые уничтожили незаправленные самолеты. По другому предположению, машины отряда совершили вынужденную посадку на территории, занятой противником, поэтому экипажи поспешили уничтожить машины, чтобы те не достались французам.

В конце мая 1940 года один курьерский «Шторьх» был перехвачен английским «Спитфайром». Но немецкий летчик, используя свой опыт и маневренность машины, сумел переиграть англичанина, и увлечь его под прицельный огонь немецкой зенитной артиллерии.

После разгрома союзников во Франции и эвакуации остатков английского экспедиционного корпуса из Дюнкерка, «Шторьхи» снова появились в небе Франции, перевозя высших штабных офицеров. 4 июня только что назначенный генерал-инспектор люфтваффе генерал-лейтенант Эрхард Мильх пилотировал Fi-156. демонстрируя его своему пассажиру, итальянскому атташе по вопросам авиации масштабы немецкой победы. Спустя десять дней на парижском аэродроме Ле-Бурже приземлился «Шторьх», доставивший генерал-полковника Фёдора фон Бока, командующего группой армий «Б», который должен был принимать парад немецких войск на площади Согласия. Чуть позже он пролетел на своем самолете над марширующими колоннами вермахта над Елисейскими полями в направлении Эйфелевой башни.

Летом 1940 года было решено приспособить «Шторьх» для борьбы с подводными лодками противника. С этой целью на самолет установили прицел для метания глубинных бомб. FM56C-3 оснастили пулеметом MG 15. радиостанцией FuG 17, а также спасательные средства. На стойках главного шасси поставили крепления для дымовых шашек, а под фюзеляжем и крыльями установили три замка для трех глубинных бомб SC 50 или трех LC 50F. В последнем случае это были глубинные бомбы французского производства массой 65 кг. Предусматривалась возможность подвески одной 150-кг глубинной бомбы под фюзеляжем. Прицеливание обеспечивал складной прицел Revi C/12/D, такой же, что ставился на «штуки». Прототип такого самолета получил обозначение Fi-156U. Испытания прототипа проходили в Рехлине. Было установлено, что наилучшие результаты приносит бомбометание при пикировании под углом 60 градусов. На этом дальнейшие работы над проектом свернули.

В конце «битвы за Англию», поздней осенью 1940 года на вооружение приняли новую версию «Шторьха» - F1-156D. Это по сути был F1-156C-3 со снятым вооружением, приспособленный для эвакуации раненых. Самолет имел большие двери по обоим бортам и открывающиеся окна в задней части кабины. Это позволяло грузить в самолет двух лежачих раненых на носилках. Для носилок внутри фюзеляжа предусматривались специальные крепления.

В 1940-1941 гг. в центре аэродинамических исследований (Aerodynamische Versuchanstalt) в Геттингене разработали особую модификацию «Шторьха», известную как проект AF-2. Здесь уже на протяжении нескольких лет проводились испытания по аэродинамике приповерхностного слоя воздуха. В случае «Шторьха» использовался стандартный фюзеляж, оснащенный новыми крыльями без топливных баков, которые перенесли под фюзеляж, и двигателем Argus As 10Н мощностью 275 л.с. В фюзеляже смонтировали компрессоры, которые обдували несущие плоскости. Благодаря этой мере удалось поднять коэффициент подъемной силы с 1/9 до 3/8. Результаты опытов, поставленных инженером А. Вёкнером, легли в основу всех последующих проектов, связанных с устранением нежелательных эффектов приповерхностного слоя.

В конце 1940 года в Германии заинтересовались североафриканским ТВД. Начались работы по приспосабливанию серийной техники к условиям войны в пустыне. В том числе появилась и пустынная модификация «Шторьха». Тропическую модификацию Fi-156C-3 оснастили маслобаком увеличенной емкости, противопылевым фильтром «Delbag» и креплениями для подвески дополнительного топливного бака. В такой конфигурации самолеты планировалось выпускать в рамках серии С-4, но на практике такая серия не существовала. Модификация C-2/Trop отличалась от C-3/Trop отсутствием вооружения, хотя на самолете имелись отдельные детали лафета, дополнительной матерчатой занавеской от пыли и жара у кресла пассажира, узлами крепления тросов для фиксирования самолета на открытых аэродромах, а также аварийным радиопередатчиком. Модификации С-5/Тгор и D-1/Trop также получили крепления для подвесного топливного бака, a D-1/Trop дополнительно оснащался маслорадиатором большой площади и комплектом для выживания экипажа в условиях пустыни.

Но прежде чем появились тропические «Шторьхи». обычные серийные машины участвовали в операции «Merkur», то есть высадке десанта на Крите. Еще раньше «Шторьхи» применили при захвате Коринфского канала.

В 1941 году для «Шторьха» разработали... полугусеничное шасси. На стойках главного шасси установили колесные тележки из двух колес, соединенных резиновой лентой с металлическими накладками. Такое шасси использовали на многоцелевом транспортном самолете Fi-ЗЗЗ, а также на некоторых Fi-156E-0. В рамках эксперимента появился и F1-156F-1, предназначенный для полиции («Полицай-Шторьх»). Конструкция полицейской машины представляла собой гибрид планера С-3 с двигателем Argus As 10P-1. На линзовом лафете самолет нес пару MG 15, установленных в задней части кабины и стрелявших вбок. Радиостанция FuG 21А и «установка 90IF» (по-видимому, усилитель для внешнего громкоговорителя) крепились на уровне кресла пилота, который при этом выполнял дополнительные обязанности радиста. Запас топлива ограничили ста литрами, которые вмещал бензобак в правом крыле.

Боевые действия на Восточном фронте и в Северной Африке также проходили при активном участии «Шторьхов». Кроме традиционной функции курьерской связи, доставки снабжения и эвакуации раненных, в задачу «Шторьхов» теперь входил поиск и эвакуация пилотов, сбитых над территорией противника и в пустыне. В Северной Африке действовало по меньшей мере два отряда спасательной авиации. Многие немецкие летчики обязаны своим спасением пилотам Wuest#nnotstaffel 1 и командиру звена капитану Хайнцу Крозебергу. Крозеберг чаше всего летал на «Шторьхе» Fi-156С-3/Trop (SF+RL). За свои подвиги капитан получил прозвище Абу-Маркуб, то есть «Отец аиста». В мае 1942 года его представили к Рыцарскому кресту.

Одной из крупнейших операций по эвакуации раненых стала операция в районе Демянска в январе-апреле 1942 года. Ни один другой самолет не имел шансов сесть на крохотные площадки, какие удавалось подготовить в условиях постоянного обстрела и плохой погоды.

Пилоты постоянно отмечали отличный обзор из кабины Fi-156 и великолепные взлетно-посадочные характеристики, позволявшие ему взлетать и садиться где угодно. Но именно из-за этих качеств самолета случались и крупные неприятности. 12 сентября 1941 года генерал-полковник Ойген Риттер фон Шоберт вылетел на «Шторьхе» (W.Nr. 5287) инспектировать передовые части 11-й армии, входившей в состав группы армий «Юг». Пилотировал самолет капитан Вильгельм Зувеляк, командир Kurierstaffel 7. Подлетев к цели, капитан решил садиться на небольшую площадку на околице села Дмитриевка, показавшуюся ему удобной. Как оказалось, удобная площадка представляла собой советское минное поле. Взрывами мин самолет разнесло на куски вместе с находившимися в нем офицерами.

Любимым развлечением немецких летчиков стала охота на птиц со «Шторьха». Пилот самолета вооружался обычной охотничьей двустволкой, которую выставляли через форточки в боковых стеклах кабины.

Особенно удачливым охотником оказался командир IV./JG 54 Рудольф Зиннер, воевавший в Ливии и на Восточном фронте.

С начала войны потери среди «Шторьхов» неуклонно росли. Причем основные потери среди «Шторьхов» носили небоевой характер. Летчики, привыкшие к тому, что Fi-156 прощает ошибки, пилотировали самолет крайне небрежно. Особенно много аварий и катастроф происходило при посадке. Часто можно было видеть, как «Шторьх» с задранным носом буквально падал вертикально, держатсь воздухе на одних закрылках и элеронах. Перед касанием следовало немного прибавить газу, но многие пилоты игнорировали это правило и сажали самолет почти вертикально. Часто такой маневр приводил к поломкам шасси и пропеллера, а то и к вырванному из моторамы двигателю. На удивление мало аварий приводило к гибели летчиков, хотя кабина не имела антикапотажных дуг. После войны в Великобританию для испытаний перегнали один из «Шторьхов». В его эксплуатационной книжке толстым карандашом было написано: Auch der Storch is nich narrensicher! «Даже у «Шторьхa» есть границы дуракоустойчивости!».

Так как уровень небоевых потерь был весьма высок, самолеты приходилось часто ремонтировать. В результате заметную долю производства пришлось переориентировать на выпуск запчастей. Прежде всего, нужно было поднятьтизоизводство двигателей Argus As 10. и в 1940 году выпуск этих двигателей развернули в Чехословакии. До конца года было выпущено 10026 двигателей, хотя большинство из них на берлинском предприятии компании Argus Motoren Gesellschaft. Заводы Avia собрали сто десять моторов, а заводы Walter - еще сто. Но уже на следующий год оба филиала в общей сложности получили заказ на 2140 двигателей!

Выпуск запасных частей для «Шторьха» решили также развернуть на предприятиях Morane Sulnier в Путо под Парижем. Но вскоре здесь вместо запчастей решили собирать самолеты. Первый французский «Шторьх» покинул сборочный цех в апреле 1942 года, а до конца года здесь собрали 121 самолет.

«Шторьхи» широко применялись на территориях, оккупированных Рейхом. В Югославии их использовали для поиска стоянок партизан Тито. Там, где в воздухе патрулировали «Шторьхи», партизаны не могли предпринимать никаких действий в светлое время суток, чтобы это не было обнаружено с воздуха. Обнаружив цель, Fi-156 по радиосвязи наводил наземные войска на цель. «Шторьхи» забрасывали партизан листовками, а часто и ручными гранатами или легкими бомбами. В результате югославские партизаны «Шторьхов» боялись больше, чем бомбардировщиков.

С не меньшим успехом «Шторьхи» участвовали в антипартизанских операциях в Греции, Албании, Польши и СССР. Разведку обычно вели на небольших высотах, при этом самолеты часто попадали под огонь партизанских пулеметов. В сентябре 1943 года один «Шторьх» был сбит в районе Свентокшиских гор аковцами из отряда «Понурого». По одному Fi-156 сбили бойцы из 15-го пехотного полка АК и 27-й дивизии АК. Немцы применяли «Шторьхи» для разведки и в ходе Варшавского восстания.

24 июля 1943 года в Риме на заседании Большого фашистского совета был смещен со своего поста Бенито Муссолини. Премьер-министром и главнокомандующим стал маршал Пьетро Бадольо. На следующий день Муссолини по приказу итальянского короля Виктора Эммануила III арестовали и поместили сначала на остров Понца, а в начале августа на остров Мадделена. 27 июля Гитлер приказал командиру отряда особого назначения SS Kommando «Friedenthal» Отто Скорцени найти дуче и освободить его. Тем временем итальянское правительство переводит Муссолини под домашний арест в высокогорном отеле Гран-Сассо. 3 сентября Бадольо объявляет о капитуляции Италии. На юге Апеннинского полуострова высаживаются союзники. По условиям капитуляции Муссолини следовало выдать союзникам. Поэтому Скорценн начал действовать без промедления. 12 сентября рядом с отелем высадилось двенадцать планеров DFS 230 со 120 десантниками на борту.

Муссолини был освобожден без единого выстрела. По плану операции эвакуировать опального дуче следовало на «Шторьхе». Но выделенный самолет получил повреждения на аэродроме Аквила. К счастью над отелем пролетал другой Fi-156, принадлежавший генералу Курту Штуденту. Пилотировал самолет капитан Герлах. Немецкие десантники заставили итальянских карабинеров расчистить для «Шторьха» посадочную площадку. Герлах совершил один пробный заход, а со второго раза мастерски посадил свою машину. Взлететь с толстым Муссолини на борту оказалось сложнее, чем сесть. А ведь кроме Муссолини в кабину втиснулся и Скорцени - тоже весьма крупный мужчина. Пилот попытался высадить хотя бы одного из пассажиров, но Скорцени направил на Герлаха дуло пистолета. Тогда десантники уцепились за хвост «Шторьха» и держали его до тех пор, пока двигатель не набрал полные обороты. Самолет начал разбег, налетел левым колесом на камень, едва не опрокинулся, слетел с края обрыва, резко пошел вниз, но успел набрать скорость и выровняться. Посадка в Проктика-ди-Маре прошло без особых приключений. На этом операция «Eiche» успешно завершилась.

Знаменитая немецкая летчица Хана Рейч летала на «Шторьхах». Зимой 1942/43 гг. она стала личным пилотом генерал-полковника Роберта Риттера фон Грейма, в то время занимавшего пост командующего 6-м воздушным флотом Германии на Восточном фронте. Фон Грейм сам любил пилотировать самолеты, он был летчиком-истребителем, одержавшим в годы Первой Мировой войны 28 побед. Поэтому фон Грейм вместе с Рейч постоянно летал на Fi-156, на протяжении недель летали с инспекцией по фронтовым частям. Во время обороны Бреслау они оба прославились тем, что сумели доставить в осажденный город министра пропаганды Геббельса, посадив свои машины на одной из улиц.

1 мая 1945 года на «Шторьхе» SB+WG из Бреслау эвакуировали гауляйтера и последнего рейхсфюрера СС Карла Ханке. Этот самолет был из авиагруппы, дислоцированной в Швиднитце или Райхенберге, совершавшей регулярные рейсы в Бреслау.

28 апреля 1945 года Грейм и Рейч на «Шторьхе» прилетели в Берлин и приземлились рядом с бункером Гитлера. Самолет пилотировал генерал. Когда самолет попал под обстрел, генерал был ранен и передал штурвал Рейч, а сам продолжал управлять педалями. Спустя четыре дня Рейч вывезла генерала из Берлина на заднем сиденье Аr-96.

Посадка Хани Рейч на улице Берлина

Посадка Хани Рейч на улице Берлина не была первой. «Шторьх» был впервые продемонстрирован немецкой публике на День Армии (Wehnnacht Tag) в марте 1939 года. Доработанный прототип Fi 156 V3 приземлился и взлетел, используя отрезок знаменитой берлинской улицы Унтер ден Линден перед мемориалом Neue Wache.

10 апреля 1945 года летевший с курьерским заданием «Шторьх» был перехвачен летевшим с подобным заданием американским Piper L-3 «Cub» («Miss Me») из 5-й танковой дивизии. Американский наблюдатель лейтенант Уильям Мартин вынул штатный Colt 0.45 и, стреляя через форточку, сумел ранить немецкого пилота. «Шторьх» пролетел немного, но потерял управление и разбился к востоку от Эльбы.

В последние дни войны немцы попробовали использовать «Шторьхи» для борьбы с танками противника. Весной 1945 года было сформировано несколько специальных авиаотрядов, в том числе пять Panzer Aufklaerungsschwarme, в задачу которых входила не только поиск, как это можно предположить из их названия, но и уничтожение обнаруженных танков. Все пять звеньев действовали в зоне ответственности 6-го воздушного флота. Для борьбы с танками использовались легкие бомбы, подвешиваемые под крыльями и фюзеляжем «Шторьхов». Кроме того, использовалась самолеты Bueckery 181, вооруженные парой или четырьмя панцерфаустами. Есть данные, что панцерфаусты пытались поставить и на «Шторьхи», но попытки эти не увенчались успехом. До капитуляции уцелели два звена, оснащенных «Шторьхами»: Pz.Aufkl. Staffel 4 и 5.

Из уцелевших Fi-156 и вертолетов Focke-Achgelis Fa-223 «Drache» в конце войны пытались сформировать несколько связных эскадрилий, с помощью которых надеялись поддерживать связь в гористых районах Австрии, куда оказались вытеснены немецкие войска. Приказ, отданный 27 апреля 1945 года, определял, что базами для этих эскадрилий должны стать аэродромы в районе Инсбрука, Айген-Цельтвега и южных Альп. Но для реализации приказа уже не оставалось времени.

Конец Второй Мировой войны не означал конца карьеры Fi-156, поскольку в послевоенный период его применяли в боях в Индокитае и Алжире.

«Шторьх» в СССР

В период действия Пакта о ненападении, Германия предоставила возможность советским специалистам ознакомиться со своим военным производством и продемонстрировала находившиеся на вооружении образцы техники. Шли переговоры о закупке нескольких образцов того или иного самолета. Советский Союз спешно пытался сократить отставание в технологии производства, поэтому советских специалистов очень интересовали образцы металлических изделий.

В начале 1940 года в Германии гостила советская делегация, состоящая из конструкторов и представителей МИДа, которая ознакомилась с технологиями германского самолетостроения. В перерывах между осмотром предприятий, делегация знакомилась с самолетами. На одном из берлинских аэродромов генерал Эрнст Удет совершил показательный полет на «Шторьхе». В качестве пассажира он взял наркома кораблестроения И.Ф. Тевозяна. После взлета с коротким разбегом самолет совершил несколько крутых виражей, а затем сел, показав при этом минимальный пробег. Демонстрация произвела сильное впечатление на присутствовавших. Вскоре Геринг подарил этот самолет делегации, еще один «Шторьх» был куплен дополнительно. Обе машины вскоре доставили в Москву. Там один «Шторьх» использовался в качестве транспортного самолета при командовании ВВС. Чаще всего самолет пилотировали летчики-испытатели П.М. Стефановский. А.С. Николаев. СП. Супрун и др.

Любопытно, что среди всех немецких самолетов речь о прямом копировании заш- ла только в отношении Fi-156. За образец взяли купленный самолет, а работы возглавил инженер O.K. Антонов. Спустя два месяца на ленинградском предприятии построили два прототипа машин, спроектированных по образцу «Шторьха». Это была курьерская и санитарная машина. Самолет назвали ОКА-38 по инициалам его конструктора, хотя неофициально его также называли «Аистом». Конструкция фюзеляжа практически не изменилась, увеличилась лишь площадь рулей направления. В качестве двигателя использовали шестицилин-дровый 220-сильный двигатель МВ-6. Так как профиль крыла «Шторьха» был ближе всего к стандартному профилю Р-11. разработанному инженером П.П. Красильщиковым. было решено придать крылу именно такой профиль.

Испытания проводились в Тушине. Советский самолет оказался тяжелее немецкого на 47 кг, при проектном превышении веса 42 кг. Несмотря на это обстоятельство, самолет прекрасно прошел испытания и получил рекомендацию в серийное производство. Было решено выпускать оба варианта: СС-1 (самолет связи) и СС-2 (санитарный самолет). По советским данным подготовку к серийному производству начали на заводе № 465 в Ковно, но вскоре там начался выпуск более нужного МиГа-3. Сборку «Аистов» в итоге поручили львовскому филиалу Антонова. Именно благодаря этому обстоятельству в руки словаков попало несколько ОКА-38 и множество деталей.

После начала войны в руки советских войск попало множество трофейных «Шторьхов». Многие из них с успехом использовались в качестве курьерских машин. В «Шторьхе» в Москву вылетел в конце декабря из-под Сталинграда генерал-майор Е.Я. Савицкий, командир 205-й истребительной дивизии. Хотя полет на трофейном самолете вызвал неодобрение у коллег, Савицкий продолжал летать на «Шторьхе». 12-13 мая 1945 года он на «Шторьхе» перелетел из Берлина в Москву, где ему должны были сделать операцию на ноге, искалеченной осколками.

Другим известным советским военачальником, летавшем на Fi-156, был комиссар 812-го истребительного полка майор Т.Е. Пасынок. В январе 1945 года ему запретили летать на боевых самолетах, но в это время на полевом аэродроме люфтваффе в Бельцах под Сохачевым был найден брошенный исправный «Шторьх», который и стал личным самолетом Пасынка. Возможно, это был самолет из Schlachtgeschwader 10, которая была последней германской частью, базировавшейся на том аэродроме. Эскадрилья летала на старых Fw 190 и испытывала острую нехватку запчастей и топлива. В результате несколько машин пришлось бросить при отступлении.

На «Шторьхе» любил летать и дважды Герой Советского Союза Султан Амет-Хан. Вообще, этот летчик, прославившийся как ас Р-39, был известен своей экстравагантностью. Осенью 1943 года он перехватил и вынудил сесть у хутора Килигейский Fi-156. Немецкий пилот летел из Констанцы в Евпаторию, но заблудился и кружил уже за линией фронта. Уже на следующий день Амет-Хан перегонял трофейный самолет на главную базу своей части в Чаплинское, а на заднем сидении находился пленный пилот. Известно, что один «Шторьх» использовался в качестве курьерской машины в 122-м ПАП из 331-й ИАД на территории Венгрии.

Известно, по меньшей мере, два случая, когда на «Шторьхах» советские летчики бежали из немецкого плена. 11 августа 1943 года Н.К. Лошаков из 14-го ГвИАП, сбитый 27 мая 1943 года над Ленинградским фронтом, и И.А. Денисюк угнали с аэродрома люфтваффе в Орлове Fi-156C. Отважные летчики три часа провели в небе и приземлились в Малой Вышегре под Новгородом. Угнанный самолет был интересен тем, что целиком был покрашен в красный цвет. Как позднее выяснилось, это была личная машина коменданта Орлова Алоиза Мойциша. Есть данные, что в побеге летчикам помог немецкий офицер Густав Хойлер, который позднее тоже перелетел через фронт на Fw 190A.

4 октября 1943 года на «Шторьхе» улетел с аэродрома Рига-Спилве советский пилот Аркадий Ковязин, приземлившийся у деревни Липовка в пятидесяти километрах к западу от Ржева. В 1941 году как пилот 212-го ОДАП ДД он совершил вынужденную посадку за линией фронта и попал в плен. Его направили в лагерь для военнопленных № 350 в Риге. Военнопленные этого лагеря занимались строительством аэродрома. Тем временем 212-й ОДАП ДД был переформирован в 748-й АП ДД, а позднее в 12-й ГвАП ДЦ. Уже после войны Ковязин за свой подвиг был награжден орденом Ленина.

Источники

  • Война в воздухе № 125 Fieseler Storch

©AirPages
2003-