Авиация Второй мировой
На главнуюПоиск на сайтеEnglish
 
Bf 109 Три мифа о мессере Luftwaffe

Три мифа о мессере

Александр Павлов

МИФ ТРЕТИЙ: ВЗЛЕТНО-ПОСАДОЧНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ

Ещё один спорный момент в «стодевятом» - его взлетно-посадочные характеристики. После войны Э. Хартманн утверждал: «Единственной проблемой был взлет. Самолет имел очень мощный двигатель и узкую колею шасси. Если слишком рано оторваться от земли, то машину могло развернуть на 90 градусов. Из-за таких неудачных взлетов мы потеряли немало хороших пилотов».

В отчете Э. Брауна по испытаниям Bf 109G написано: «Взлет лучше всего производить с закрылками выпущенными на 30°. Газ мог быть дан практически сразу, не перегружая и не «душа» двигатель. Ручка управления должна была быть подана немного вперед, чтобы оторвать хвост, и после быстрого набора скорости самолет взлетает сам. При взлете на низкой скорости имеется тенденция к опусканию левой консоли. Нужно быть готовым к тому, чтобы парировать это точной работой элеронов. Если взлет осуществляется правильно, то он короток и машина довольно быстро набирает высоту».

Более подробно описывался взлёт Bf 109E-3 в отчете по испытаниям в НИИ ВВС РККА. «Взлет выполняется при выпущенных на 20° закрылках. Стабилизатор устанавливается на 0°. Винт на взлете устанавливается на 12 часов. При разбеге самолет имеет тенденцию к развороту влево, но легко удерживается от разворота дачей руля поворота вправо. Чтобы поднять хвост, требуется значительно отклонить руль глубины. Давление на ручку при этом чувствительное. По мере нарастания скорости разбега, появляется тенденция к переходу на нос (передирание хвоста). При выдерживании над землей самолет медленно набирает скорость».

Майкл Спик со слов немецких пилотов писал: «Мессершмитт» Bf 109 любой модели был самолетом, не прощающим ошибок. Многие летчики погибли или получили травмы в результате аварий на взлете и посадке. Отсутствие управляемого триммера на руле направления вызывало трудности с устойчивостью Bf109 по курсу, и при разбеге самолет стремился опрокинуться на левую сторону.

Посадка осуществлялась при работающем двигателе. По мере снижения скорости, правая консоль крыла имела тенденцию опускаться вниз, а увеличение тяги мотора усугубляло эту проблему. Для полной картины необходимо отметить непрочное шасси с узкой колеей».

Майор Люфтваффе, последний, во время войны, командир JG51, эксперт с 70-ю победами Хайнц Лянге подтверждает слова М. Спика: «Узкое шасси 109-го делало его очень чувствительным к боковому ветру и плохому грунту при посадке. У нас были невероятно большие потери техники и ранения пилотов по этой причине».

А вот что рассказывал о Bf109 механик Виктор Синайский. Летом 1943 года он попал в группу авиаспециалистов 8-й Гвардейской ИАД, осуществлявших испытания трофейного Bf 109G . Командовал группой капитан Кравцов. «Оказалось, что «мессер» при взлете не прост: из-за сильной реакции винта и довольно малого расстояния между колесами шасси, самолет резко вело влево и надо при разбеге заранее полностью «давать правую ногу». Во второй попытке все прошло благополучно, и Кравцов совершил полет по кругу в районе аэродрома.

После Кравцова на «мессере» по очереди вылетели и остальные летчики нашей группы. Всестороннее его изучение в воздухе и на земле продолжалось около трех недель. По единому мнению пилотов самолет был сложен на взлете, но крайне прост при посадке. Кравцов заметил: убрал газ - и он сам садится».

Легкость посадки подтверждает и А.И. Покрышкин. «Изучив в кабине приборы и назначение тумблеров, уяснив порядок управления мотором, я был готов к вылету на бывшей вражеской технике. Генерал Науменко дал мне разрешение. Сделав пару полетов по кругу, я зарулил на старт и выключил двигатель. В полете и на посадке самолет был прост в управлении. На отработку посадок не стоило попусту тратить время».

Вот фрагмент интервью историка А. Сухорукова с ветераном Великой Отечественной войны А.П. Аносовым, летчиком морской авиации, совершившем на Пе-2 139 боевых вылетов.

«Могу сказать тебе прямо, у немцев были очень хорошие истребители. На «мессере» я даже слетал разок, правда, уже после войны. Мы тогда перегоняли свои самолеты «на базовое хранение». И как-то приземлились в Балтийске, на аэродроме Хайлигенбель. Аэродром немецкий, с большущими ангарами и двумя бетонными ВПП. Отличный аэродром.

Так вот, выкатывают новехонький «мессер», и командир нашей авиадивизии спрашивает: «Ну, кто хочет полетать?» У нас все «бомберы», а я-то из истребителей пришел. Все ж это знают и начали: «Саня, ну давай попробуй!» Я поколебался-поколебался и говорю: «Только техника мне дайте, чтоб он мне кабину объяснил». Техник мне все приборы показал, ничего сложного, и я полетел.

Что могу сказать? На взлете - змея, а не истребитель. Мотор мощный, колея шасси узкая. Чуть упустишь - он сразу в сторону. Настолько сильный момент вращения у него был. Я сделал один круг, оценил управляемость - очень хорошо. На малейшее движение рулей реагировал моментально. А на посадке проще простого, как По-2. Невероятно прост в посадке.

- Странно, немецкие лётчики, наоборот, пишут, что посадка на Bf109 очень сложна из-за узкой колеи шасси.

- Всё правильно, шасси не только узкое, но и слабовато было, даже на глаз. Такие тоненькие стоечки. Но при посадке эти недостатки должны проявляться только на полевых, грунтовых полосах. А на бетон - очень просто, я же говорю, как на По-2.

- Знаете, в мемуарной немецкой литературе описан случай, когда немецкая авиачасть возвратилась в Германию с Восточного фронта. Аэродром стационарный, полоса бетонная. Так летчики этой части, отвыкшие от бетонных полос, побили при посадке больше «мессеров», чем потеряли на Восточном фронте. Кроме шуток.

- Ну-ну, ты верь побольше... Они тебе еще и не такое расскажут».

Со взлетом Bf109 ясно - самолет явно не «подарок». А вот в поведении на посадке, разногласия немецких и советских пилотов, как видно, налицо. Честно говоря, сложно определить кто из них прав, но лично мое мнение - все зависело от опыта и мастерства того или иного пилота. Хауптманн Хайнц Кноке вспоминал, что, когда он обучался в 1-й Истребительной авиашколе, то при освоении Bf 109 каждую неделю происходили одна-две катастрофы на взлете и посадке, которые заканчивались гибелью курсантов.

Особенности посадки подробно описаны в отчете по испытаниям Bf 109Е-З в НИИ ВВС РККА.

«При посадке щитки выпускаются на 40°, угол установки стабилизатора устанавливается -5°; -4°. При выравнивании самолет быстро теряет скорость и поэтому мало несется над землей.

При нормальной трехточечной посадке с плавным добором ручки, тенденции к сваливанию на крыло нет. При посадке с парашютированием с высоты Н=0,5 метра и выше имеется тенденция к сваливанию на правое крыло, и самолет приземляется в первую очередь на правую половину шасси. Руля высоты для трехточечной посадки достаточно, нагрузки на ручку нет.

Посадка со стабилизатором, установленным для горизонтального полета, возможна, но требуется значительное усилие для добора ручки. Тенденции к заворотам и прыжкам при пробеге не имеется. На посадке самолет прост, амортизация шасси и хвостового колеса хорошая. Тормоза эффективные. Пользоваться тормозами удобно. Сокращение длины пробега значительное».

На этом, пожалуй, можно остановиться. Я надеюсь, что некоторые мифы о летных характеристиках Bf109, вольно или невольно созданные зарубежными и отечественными историками авиации, мне удалось развеять.

Источники

  • "Авиамастер." /№8 2005/


©AirPages
2003-