Авиация Второй мировой
На главнуюПоиск на сайте English
 
Периодика ВОВ Советская Сибирь Британский союзник ВВФ Аббревиатуры

Борьба истребительного соединения за господство в воздухе

Полковник А. Сидоров

В планах подготовки и проведения боевых операций летом 1944 г. видное место уделялось задаче прикрытия наших наземных войск от ударов вражеской авиации, с одной стороны, и обеспечения беспрепятственной работы в наступлении наших штурмовиков и бомбардировщиков — с другой. Эта задача могла быть успешно решена лишь при условии полного господства нашей авиации в воздухе над всем районом боев и особенно на главных направлениях предположенного наступления.

Вот почему организации боевых действий наших истребителей в этих операциях авиационное командование уделяло особое внимание. Результаты этого теперь уже всем известны: благодаря продуманным и своевременно принимавшимся мерам наша авиация, как правило, была безраздельным хозяином неба, а вражеская авиация либо вовсе изгонялась из районов боев, либо действиями наших истребителей оказывалась связанной и неспособной сколько-нибудь эффективно противодействовать нашему наступлению.

В этих операциях многие истребительные соединения наших ВВС накопили богатый опыт борьбы за господство в воздухе. Об этом, в частности, свидетельствует практика решения этой задачи в Бобруйской операции. Не вдаваясь в оценку и детальный разбор действий истребителей в указанной операции, мы хотели бы осветить здесь некоторые вопросы подготовки и организации борьбы за господство в воздухе, представляющие интерес с точки зрения опыта, могущего быть использованным в будущем.

Воздушная обстановка перед началом Бобруйской операции на участке предполагавшегося прорыва характеризовалась тем, что противник систематически наблюдал за нашими тылами, упорно пытаясь зафиксировать малейшее движение, маневр войск или базирование авиации. Самолеты «Хе-111», «Ме-109» и «ФВ-190» вели непрерывную разведку, порою даже с боем.

Отсюда, естественно, вытекало требование особо строгого соблюдения скрытности в деле сосредоточения сил для операции и в подготовке аэродромной сети. К этому надо прибавить также и диктовавшиеся моментом очень жесткие сроки подготовки к операции.

Несмотря на это, сосредоточение истребительных частей, предназначенных к участию в операции, на новые передовые аэродромы было выполнено в назначенное время и в таких размерах, которые обеспечивали нам на участке прорыва вражеской обороны численное превосходство над авиацией противника. Летчики истребительных частей соединения к этому времени уже имели боевой опыт. Многие из них еще ранее участвовали в крупных воздушных боях.

Организация управления истребительной авиацией

Получив аэродромную сеть базирования, оперативная группа авиационного командования выехала на новое место дислокации частей, где, внимательно изучив аэродромный узел, сделала необходимые указания о доделке аэродромов, расширении их, об улучшении капониров и обваловок. Аэродромная сеть была совершенно точно нанесена на карту крупного масштаба, что для летчиков имело важное практическое значение. После того как вопросы, связанные с новым местом базирования, становились ясными, сюда высылались передовые команды. Прибывающие вслед за тем штабы немедленно приступали к организации работы по подготовке к приему частей.

Схема района Бобруйска

Схема 1

В то время как предназначенные для нового дислоцирования аэродромы подготовлялись к приему частей, в штабе истребительного авиасоединения разрабатывалась система мероприятий по борьбе с разведчиками противника, которая была введена в действие еще до прибытия основных сил истребительной авиации, обеспечивавших господство в ходе операции. На подготовляемые передовые аэродромы (в большинстве 2—3 аэродрома на авиасоединение) подсаживались звенья истребителей, которые и несли здесь боевое дежурство от восхода до заката солнца. Командир каждого такого звена, находясь в самолете, имел прямую связь со станцией обнаружения, работавшей на главном аэродроме. Для этой цели использовались провода существующих линий связи аэроузла истребителей с подключением к ним концов для дежурного звена. Чтобы не разряжать самолетный аккумулятор, пока командир дежурного звена, сидя в самолете, слушал станцию, подключался бортовой аккумулятор.*

Для лучшей ориентировки истребителей, вылетавших на перехват, на полетной карте летчиков масштаба 500000 нумеровались квадраты соответственно с такой же картой ПВО.

На станции наведения в течение всего светлого времени суток дежурил командир, имевший право самостоятельно разрешать все вопросы борьбы с разведчиками противника. Таким образом, станция превращалась в своеобразный KП по борьбе с разведчиками противника: к ней подводился шлейф проводов от армейских средств ВНОС и от других аэродромов, на которых дежурили истребительные звенья.

Преимущество такой совместной работы станции обнаружения и летчиков-истребителей можно проследить на примере соединения истребителей гвардии генерал-майора авиации Дзусова, умело организовавшего борьбу с разведчиками противника в Бобруйской операции.

Истребители этого соединения были снабжены картой масштаба 500 000, на которую была нанесена заранее разработанная схема оцифрованной квадратной сетки. Суть сетки такова: первому ряду квадратов были присвоены цифры 10, 11, 12, второму — 20, 21, 22, третьему — 30, 31, 32 и т.д. Таких рядов практически требовалось для перекрытия района перехвата не более 5—7. Сетка квадратов (каждый из которых имел площадь 20 X 18 км) довольно быстро усваивалась летчиком и позволяла как ему, так и находящемуся на станции обнаружения командиру быстро производить расчет на встречу с противником и осуществлять грубую (в пределах 10—15 км. т. е. в пределах квадрата) наводку. Точная наводка истребителя на вражеский самолет (особенно в плохую погоду) производилась дополнительным указанием станции в момент выхода летчика в заданный квадрат.

Преимущество такой системы состоит в том, что летчик должен знать всего восемь румбов. Курс в воздухе и время ему не передаются. Передаются лишь высота, число самолетов, квадрат нахождения самолета и квадрат направления его полета. Например: «Группа бомбардировщиков до 20, Н = 4 000, квадрат 10—21». Эту фразу надо понимать так: «Время приема фактическое, высота 4 000 м, до 20 бомбардировщиков противника курсом 135, место — по карте квадрата» (схема 1).

Используя этот прием борьбы с разведчиками противника, наши летчики не раз наносили им чувствительные удары. Так, например, 8 июня на перехват двух вражеских истребителей-разведчиков, шедших на высоте 1 500—2 000 м курсом от Быхова на Пропойск, вылетела пара во главе с гвардии подполковником Пановым. Станцией она была сведена с противником и в районе м. Бохонь, нагнала два «ФВ-190». Завязался бой. Сбросив подвесные бачки, гвардии подполковник Панов с первой же атаки на догоне сбил один «ФВ-190»: второй «ФВ-190» был поврежден.

После ряда подобных встреч и боев активность разведчиков противника резко сократилась.

Надо, однако, оговориться, что опыт подобных действий со всей силой подчеркивает необходимость иметь специально для этого натренированные звенья истребителей, хоти бы по одному звену на эскадрилью. Опыт показал также, что в попытках уйти от обнаружения противник ищет спасения в полете на низких высотах. Это необходимо учитывать при организации борьбы за господство в воздухе.

Управление истребителями с передового КП было организовано следующим образом.

Частя нашей наземной армии занимали оборону и сосредоточивались по восточному берегу р. Друть в густом лесном массиве. Поэтому для передового КП были оборудованы наблюдательные вышки в лесу. Наземные радиостанции наведения решено было поставить на передовых НП армейских войск, силами которых и были построены для авиации указанные наблюдательные вышки, возвышавшиеся над лесом. Была также предоставлена в распоряжение авиация оперативная связь штаба наземной армии с корпусами.

Для радиостанций здесь были заранее вырыты ниши в земле, и в ночь за сутки до операции станции были выведены на боевые позиции и подготовлены к работе.

Передовой НП командира авиасоединения был организован вместе с передовым КП командующего наземной армией. Пункт имел специальную наблюдательную вышку и мог располагать вспомогательными средствами связи наземной армии.

На передовой КП был вынесен и передовой НП командира зенитных частей, прикрывавших наши войска и взаимодействовавших с истребителями. Сюда же, на передовой НП командира истребительного соединения, был подведен шлейф начальника службы ВНОС наземной армии.

Таким образом, было достигнуто полное взаимодействие ЗА, ИА и ВНОС, вполне оправдавшее себя на практике.

Одновременно была обеспечена прямая связь проводом передового КП авиационного командира со штабом наземной армии. Телефонным проводом были также связаны штабы авиационного и наземного командования. Система связи позволяла авиационному командиру отдавать станциям наведения распоряжения, а также получать от них сведения не только по радио, но и по проводам. Он имел также возможность, будучи на передовом КП, вызывать как по радио, так и по проводам самолеты из резерва и таким образом наращивать силы в ходе боя. В резерв авиационного командования были выделены специальные части, в которых всегда имелись группы истребителей в готовности № 1.

Система наведения на противника над полем боя и над вражеской территорией была организована по тому же принципу, что и в борьбе с разведчиками, т.е. по системе квадратов. Наведение же на артиллерийских корректировщиков врага облегчалось еще и наземными войсками, которые стрельбой ракетами в направлении летящего вражеского корректировщика показывали его местонахождение.

* - вероятно здесь речь идет о внешнем аккумуляторе, или аэродромной тележке с аккумуляторами, подключаемых на борт (прим. админ.)

Подготовка к операции

Штаб истребительного авиасоединения возложил на станцию наведения, помимо ее прямых обязанностей, так-, же задачу информирования о метеоусловиях и помощь летчикам в восстановлении ориентировки. Им были розданы кодированные карты, а также закодированные фразы, наиболее часто употребляющиеся в метеорологической службе.

Кроме этого, штаб предусмотрел вопросы передвижения радиостанций. Каждой из них заранее указывалась ось движения. С этой целью на двухкилометровой карте, находившейся в штабе и на станции наведения, специальным кодом кодировались пункты или квадраты. Данные о продвижении станции передавались на передовой КП, благодаря чему потери связи со станциями наведения не было. Штаб всегда точно знал, где находится данная станция.

Все эти вопросы были основательно проработаны, сведены в специальные инструкции для станций наведения, после чего с персоналом станций и личным составом, назначенным для работы на них, были проведены занятия с практическим проигрышем предстоящей работы. Соответствующие инструкции были разосланы также в полки, где они были изучены всем летным и руководящим составом.

Штабные командиры, доводя задачу до летного состава, провели в каждом полку занятие на тему «Как мы будем действовать и что нужно знать каждому летчику в данных конкретных условиях боевых действий».

Перед началом операции под руководством высшего авиационного командования в течение полутора суток была проиграна вся предстоящая операция в соответствии с ее планом.

После этого командир авиасоединения, на которое возлагалась задача борьбы за господство в воздухе, созвал расширенное совещание руководящего состава подчиненных штабов. На этом совещании по схемам, составленным начальниками служб, командирам частей были разъяснены идея и замысел операции, вручен боевой приказ и поставлены конкретные задачи.

После того как летный состав ознакомили в беседах, проведенных на месте прежнего базирования, с новыми аэродромами, их размерами, подходами к ним и особенностями предстоящего перелета, был организован полет руководящего летного состава по маршруту с целью его изучения, а также для ознакомления с аэродромным узлом предстоящего базирования.

Перед перебазированием для более уверенного перелета командиры групп предварительно производили сами полет по маршруту. На промежуточных аэродромах средствами воздушной армии выставлялись радиопеленгаторы, которые позволяли в случае ухудшения погоды приводить экипажи к заданному аэродрому посадки. Это способствовало тому, что ни один из экипажей не потерял ориентировку.

С аэродромов подскока на боевые аэродромы также был организован предварительный полет командиров групп, причем в разное время. В целях скрытности от радиолокационных средств противника приход на боевой аэродром и узел выполнялся на низких высотах (100—300 м). Сосредоточение производилось мелкими группами, в большинстве случаев вечером. К этому времени, на главном аэродроме аэроузла соединения работал радиопеленгатор, применялись цветные дымы. Здесь же дежурило звено истребителей, вылетавшее по данным станции наведения я сигналам постов ВНОС.

При штурманской подготовке района исходили из его особенностей. Там, где местность района патрулирования была слишком пестрой и не имела особо характерных ориентиров, на земле выкладывали большие стрелы в направлении противника. Районы патрулирования обозначали кострами или дымами разных цветов. В районах, богатых водными и шоссейными рубежами, выкладывали опознавательные знаки: буквы размером 20—30 м или цифры.

Каждый аэродром имел свои дымы (сочетание цветов дымов). Особенно сложной была ориентировка в районах с большим количеством однотипных полос пахоты, напоминавших с воздуха большой разноцветный ковер и сильно затруднявших сличение карты с местностью. В этих условиях основным средством привода на свой аэродром был радиопеленгатор.

Организация боевого вылета и методы прикрытия поля боя

В связи с недостаточной приспособленностью аэродромов (плохая укатка, малоразмерность взлетно-посадочных полос и т. д.) требовалось точно разработать и строго выполнять режим руления. Выруливание на старт и взлет производились конвейером.

Сбор после взлета происходил на кругу, потом по направлению к линии фронта занимался установленный боевой порядок, после чего набиралась заданная высота полета.

Возвращались на свои аэродром в боевом порядке, установленном при вылете, причем посадка производилась парами, конвейером, с последующим снижением высоты. Оставшиеся в воздухе прикрывали садившихся. На земле все время в готовности № 1 находилось дежурное звено, которое в случае нападения противника вылетало под прикрытием верхнего эшелона пришедших с задания и, таким образом, обеспечивало посадку всей группы.

Для посадки самолетов, которые могли вернуться с задания подбитыми, отводился отдельный аэродром или подготовлялись полосы и места для приземления на «живот». В целях быстрой уборки самолетов, потерпевших аварию при посадке, на каждом аэродроме была организована аварийная команда из состава БАО. Команда имела трактор с салазками (листом железа на тросах), воздушные мешки для подъема самолетов и бригаду техсостава для быстрого отбуксирования самолета с посадочной полосы.

Основой боевых порядков истребителей были пара и звено. Группы-патрули, как правило, строились из 2, 4, 6, 8, 12, 16, 18, 24 самолетов, в большинстве случаев эшелонирование по высоте. В одном ярусе меньше четверки самолетов (слетанное звено) не назначалось. Боевые порядки эшелонировались обыкновенно в двух ярусах, опять-таки по звеньям. Иногда это делалось в три яруса (патруль 12 самолетов).

Лучшим маневренным патрулем оказалась четверка (звено), прикрытая второй четверкой, действующей в зрительной связи и обязательно эшелонированной по высоте.

При патрулировании над линией фронта оправдал себя боевой порядок восьмерка фронтом, обратным пеленгом с превышением по высоте от солнца. Разворот в этом случае выполнялся по методу «все вдруг» без изменения пеленга. Патрулирование производилось под 90° к линии фронта с незначительным снижением на территории противника и с последующим набором высоты над своей территорией. За линией фронта, вне сферы огня ЗА противника, патрулирование производилось вдоль самой линии фронта методом заслона или воздушной засады на территории противника. Именно в этой зоне происходила основная часть патрулирования, чтобы в первую очередь бить бомбардировщиков противника, встречая их еще на вражеской территории и не допуская до боевых порядков наших наземных войск.

Так, когда линия фронта шла на траверсе Бол. Крушиновка, Фолеричи, город Рогачев, наши истребители залетали в район Бобруйска, т. е. на 40—50 км в тыл противника.

Описанные тактические приемы истребителей и мероприятия по организации борьбы за господство в воздухе обеспечили уверенность и свободу действии наших наступающих войск на земле, а штурмовиков и бомбардировщиков — в воздухе. - Авиация обеспечивала наступление танков и пехоты, подавляла и уничтожала противника перед фронтом наших наступающих войск, воздействовала огнем на ближайшие узлы коммуникаций немцев и их резервы. Наши летчики в бою проявляли максимум упорства и героизма. Поддерживая связь с наземными войсками, они непрерывно пикировали на расположение противника, сбрасывая бомбы и обстреливая врага из пушек и пулеметов.

27 нюня в 16 часов наша авиация обнаружила в лесах юго-восточнее Бобруйска большое скопление немецкой пехоты, до 150 танков, свыше 1000 орудий, до 6000 автомашин. Противник в этот день пятнадцать раз переходил в контратаки против наших танков у Титовки, пытаясь пробиться на север. Все это ясно свидетельствовало о том, что немцы готовились в ночь на 28 нюня вывести свои войска из окружения.

Чтобы не дать немцам осуществить свой план, командующий фронтом приказал авиации немедленно нанести сильный удар по группировке противника, изготовившейся к прорыву. Вечером 27 июня свыше 500 наших штурмовиков и бомбардировщиков в течение часа непрерывно сбрасывали на противника большое количество бомб и обстреливали его с пикирования из пушек и пулеметов. После удара авиации наши пехота и танки атаковали противника. Сознавая безвыходность своего положения, немцы стали сдаваться в плен. 28 июня в 13 часов эта группировка немцев была полностью ликвидирована.

Благодаря описанной системе управления и связи авиационное командование быстро и в полном соответствии с воздушной обстановкой поднимало, в воздух истребители прикрытия, организовывало сопровождение своей авиации, перехват, поиск и уничтожение воздушного врага.

Опыт Бобруйской операции по организации борьбы за господство в воздухе позволяет сделать некоторые выводы:

1. Истребительную авиацию, назначаемую для борьбы за господство в воздухе, необходимо базировать как можно ближе к наступающим передовым частям (10—50 км). Это мероприятие, однако, оправдывает себя лишь при условии обязательной организации истребительных засад, в которые, как показал опыт, лучше всего назначать модернизованные самолеты Яковлева.

2. В наиболее ответственные периоды операции (атака, ввод подвижных войск в прорыв, момент переправы через водные преграды) господство в воздухе должно и может быть обеспечено лишь непосредственным прикрытием наземных войск силами 8—12 периодически сменяемых самолетов, и сочетании с одновременной работой усиленных патрулей-охотников. причем на земле в это время обязательно должен быть резерв истребителей в готовности №1.

3. В менее ответственное время можно и должно максимально экономить силы: вместо постоянного патрулирования организовывать вылеты истребителей только по сигналам станций обнаружения и наведения. Обязательными условиями при этом должны быть: строгая координация действий с зенитной артиллерией, хорошо налаженная служба ВНОС, наконец, абсолютно надежная, безотказно действующая проводная и радиосвязь между передовым КП, станцией наведения и резервом истребителей.

***

Покараем немецко-фашистских извергов за разграбление и разрушение наших городов и сел, за насилия над женщинами и детьми, за убийства и увод в немецкое рабство советских людей! Мщение и смерть фашистским злодеям!

Дата размещения на сайте 10 декабря 2014 г.

Источники

  • «Вестник Воздушного Флота» № 19-20 октябрь 1944 г.

©AirPages
2003-