Авиация Второй мировой
На главнуюПоиск на сайте English
 
Асы против асов Воздушные победы Luftwaffe

Expertenstaffel за Полярным кругом

...история 6-й эскадрильи 5-й истребительной эскадры (JG5) Eismeer.

Юрий Рыбин

Автор статьи не ставит перед собой цели убедить читателей в том, что трехзначные счета воздушных побед немецких асов всего лишь фикция.

По его мнению, список побед любого летчика, на чьей бы стороне он ни воевал, не соответствует числу реально сбитых им самолетов.

Этот материал посвящен действительно имевшим место событиям и летчикам, чьи судьбы пересеклись в смертельных схватках в небе Заполярья.

В отечественной мемуарной литературе с легкой руки попавшего в плен немецкого аса оберфельдфебеля Мюллера 6-я эскадрилья получила громкое имя «Гордость Германии». Однако летчики, служившие в ней и оставшиеся в живых, такого названия не помнят. Поначалу она прозаически называлась «Киркенесской эскадрильей» и имела совершенно другой номер — 1/JG77. Самой JG5 тогда еще не существовало, эскадра была сформирована позже и, получив новое обозначение, подразделение сохранило свое название в качестве неофициального. Только весной 1943 г., после ряда блистательных воздушных побед, за 6-й эскадрильей из состава JG5 закрепилось другое неофициальное название — Expertenstaffel («Эскадрилья асов»).

Это подразделение начало свою боевую деятельность в северных широтах в апреле 1940 г. в составе 77-й истребительной эскадры, задействованной в ходе операции «Учения на Везере». После оккупации Норвегии немецкими войсками 1/JG77 была оставлена в сформированном там 5-м Воздушном флоте Люфтваффе. В течение второй половины 1940 — первой половины 1941 гг. летчики эскадрильи осуществляли ПВО юго-западной части Норвегии и прикрытие каботажных конвоев от налетов британской авиации. Перед нападением на Советский Союз эскадрилья в мае 1941 г. перебазировалась на аэродром Хебуктен под Киркенесом в северной Финляндии, за что и получила свое название — «Киркенесская эскадрилья».

1 февраля 1941 г. подразделение возглавил обер-лейтенант Хорст Карганико (Oblt.Horst Carganico), имевший на своем боевом счету к этому времени уже шесть сбитых английских самолетов. Своего первого противника, будучи адъютантом штаба I/JG77, он сбил над Ла-Маншем 21 июня 1940 г.1 Впоследствии он вспоминал:

«Когда мне пришлось перебраться в Киркенес на самый северный участок, я охотнее всего снова бы вернулся на Канал2, где, по-моему мнению, меня ожидали настоящие боевые вылеты. Но вместо этого — в это несчастное место!» Правда, спустя несколько месяцев после нападения на Советский Союз, Карганико так уже не думал, подчеркивая при этом, что судьбе никогда не следует мешать.

Началась боевая деятельность «Киркенесской эскадрильи» на Полярном фронте 29 июня 1941 года, когда горные егеря генерала Дитля перешли границу в Заполярье и устремились к Мурманску. С утра первого дня боевых действий над аэродромом Хебуктен стоял сплошной туман. Лишь во второй половине дня обер-лейтенант Карганико в паре с другим летчиком, фельдфебелем Хуго Дамером (Fw.Hugo Dahmer), до этого воевавшим в составе знаменитой JG26 Schlageter и сбившим над Ла-Маншем 11 вражеских самолетов, вылетели на свое первое боевое задание против Советского Союза. Однако советских самолетов им встретить не удалось, и, выйдя на бреющем к полуострову Рыбачий, они обстреляли маяк, а затем без особых приключений вернулись на свой аэродром.

Второй вылет Карганико совершил уже в составе всей эскадрильи, целью которой стал советский полевой аэродром в районе Ура-Губы. При подготовке к вылету летчики использовали аэрофотоснимки, сделанные воздушными разведчиками накануне вторжения, и поэтому они без особого труда обнаружили в тундре взлетно-посадочную площадку, которую обстреляли. В последующие дни Карганико и Дамер, два опытных летчика-истребителя, часто действовали парой в районе советских аэродромов, ведя там «свободную охоту», и не без успеха...

Боевые вылеты в небе Заполярья проходили в исключительно сложных условиях, и не потому, что приходилось летать в непривычно суровых условиях Крайнего Севера, хотя непроходимая тундра, безлюдье, однообразный пейзаж с бесчисленными озерами, болотами, каменными нагромождениями действовали поначалу на пилотов угнетающе. В первую очередь сказывалась удаленность аэродрома базирования от района военных действий. Советские истребители редко пересекали линию фронта, поэтому воздушные бои в основном проходили над вражеской территорией. Часто даже незначительное, повреждение самолета не оставляло шанса немецкому пилоту вернуться назад.

Подавляющее количественное превосходство советской авиации в районе Мурманска вынуждало немецких летчиков избегать открытых воздушных поединков. Единственной эскадрилье обер-лейтенанта Карганико противостояли два истребительных полка и один смешанный с общим числом примерно в 140 исправных истребителей.

В июле на Мурманское направление в дополнение к уже имевшимся десяткам «ишачков» и «чаек» советское командование перебросило и новые современные истребители — 30 МиГ-3 и 15 ЛаГГ-3. В то же время в составе «Киркенесской эскадрильи» на вооружении стояли потрепанные в предыдущих боях с Королевскими ВВС Bf109E-4 и Е-7. Сформированная в конце июня новая истребительная эскадрилья 14/JG77 под командованием гауптмана Альфреда фон Лоевски (Hptm. Alfred v. Lojewski) мало что изменила в соотношении сил, так как для ее оснащения пришлось собрать все, что могло летать. В результате на ее укомплектование пошли Bf 109Е-3 и даже Е-1(!), которые немцы применяли в небе Испании еще в 1939 г.

Попало несколько подобных раритетов и в боевой состав «Киркенесской эскадрильи».

О каком-либо завоевании господства в небе Заполярья не могло быть и речи. От неминуемого разгрома незначительные силы Люфтваффе за Полярным кругом в первые дни войны спасло лишь то, что советской истребительной авиации отводилась пассивная роль: прикрытие многочисленных объектов Северного флота, кораблей в море, морского порта, города Мурманск, линии фронта, сопровождение своих бомбардировщиков. Тем самым инициатива добровольно отдавалась в руки пилотов «Мессершмиттов». К тому же между командованием ВВС Северного флота и ВВС 14-й армии не было отработано взаимодействие. Каждое из объединений выполняло боевые задачи в своих интересах, не согласуя их с соседом.

Просчеты советского командования и примитивная организация службы оповещения позволили малочисленной немецкой истребительной авиации успешно применять тактику «свободной охоты». Как правило, обнаружив подходящую цель, пилоты «мессеров» атаковали со стороны солнца или из-за облаков, имея запас высоты для набора скорости. Это позволяло полностью реализовать фактор внезапности. Обычно против группы советских самолетов молниеносно проводилась единственная атака, после чего «стодевятые» так же внезапно скрывались. При ничтожных собственных потерях это приносило свои плоды. Правильно выбранная тактика позволила уже к концу лета пилотам «Киркенесской эскадрильи» заявить о более чем ста воздушных победах.

После первых двух недель боевых действий в составе «Киркенесской эскадрильи» появились свои лидеры-асы. На счету фельдфебеля Дамера числилось одиннадцать сбитых советских самолетов, у обер-лейтенанта Карганико — семь. Но самым результативным летчиком на Полярном фронте за этот короткий промежуток времени стал гауптман Герхард Шашке (Hptm. Gerhard Schaschke), командир штабного звена IV/ZG76, записавший на свой боевой счет 12 уничтоженных самолетов и три потопленных морских судна. Как ни странно покажется на первый взгляд, но столь высокие результаты были достигнуты на тяжелом двухмоторном истребителе Bf 110Е-2.

В боевых отчетах ВВС 14-й Армии и оперативных сводках ВВС Северного флота в летних воздушных сражениях 1941 г. часто упоминаются схватки советских летчиков с вражеским звеном, состоящим из одного Bf 110 и двух Bf 109. Эта маленькая группа перехватывала наших воздушных разведчиков в районе немецких аэродромов, атаковывала советские бомбардировщики над линией фронта, но особенно эффективно эта тройка действовала в районах базирования нашей авиации, часто заставая наших летчиков врасплох, атакуя их на посадке или на взлете. Вполне возможно, что это были выше названные немецкие пилоты: Герхард Шашке, Хорст Карганико и Хуго Дамер.

Несколько подробнее хотелось бы остановиться на первом из этой тройки лидеров — «непобедимом и легендарном» гауптмане Герхарде Шашке, командире штабного звена IV/ZG76.

Хотя его звено не входило в состав 1/JG77, но он сам лично воевал в тесном взаимодействии с пилотами этой эскадрильи. В многочисленных советских мемуарных изданиях можно найти отрывочные сведения об этом немецком пилоте. Как правило, авторы «присваивают» поверженному врагу громкие титулы и высокие награды. Согласно советской пропаганде, на его боевом счету в августе 1941 г. было, ни много не мало, 104 сбитых самолета(!) и три потопленных корабля со всеми вытекающими от сюда надуманными привилегиями (барон, солидный счет в банке и пр.). Конечно, у знатоков истории авиации такой трехзначный боевой счет вызовет улыбку, так как в то время признанным лидером Люфтваффе по числу сбитых вражеских самолетов был Вернер Мельдерс, на счету которого было 115 побед (с учетом одержанных в Испании), а на киле истребителя Адольфа Галланда, шедшего следом, в это время было «всего» около восьмидесяти «абшуссбалкенов» (отметок).

Но, тем не менее, летом 1941 г. на Крайнем Севере гауптман Шашке был грозой для наших летчиков. Следует отметить, что на Полярном фронте, в отличие от других театров военных действий, в 1941-1942 гг. немецкие пилоты особенно активно воевали на двухмоторных истребителях Bf 110 и добивались неплохих результатов. В боевых отчетах ВВС Северного флота можно найти свидетельства того, как «стодесятые» решительно вели продолжительные воздушные бои с советскими одномоторными истребителями, штурмовали аэродромы, подавляли огонь зенитных батарей и атаковали отдельные суда в море.

Некоторые подробности боевой деятельности гауптмана Шашке удалось найти в дневнике боевых действий 145-го истребительного авиаполка. Так, 4 июля около пяти часов вечера три И-16 4-й эскадрильи 145-го иап вылетели по тревоге в район станции Кица, где самолетами противника был обстрелян железнодорожный состав, шедший в Мурманск. В районе станции звено наших истребителей из-за облаков неожиданно атаковала пара Bf110. С первой же атаки был сбит младший лейтенант Ткачев. Его самолет, объятый пламенем, упал в районе станции. Завязался ожесточенный воздушный бой, в котором истребитель лейтенанта Громова получил множество пробоин. Немецкие пули и снаряды разбили козырек, осколки которого поранили летчика. И-16 лейтенанта Ишакова также получил в бою повреждения, но оба летчика сумели довести подбитые самолеты до своего аэродрома и благополучно совершить посадку.

Конечно, на тяжелой двухмоторной машине было трудно вести воздушные поединки с верткими «ишачками» и «чайками», тем более что на Мурманском направлении в начале войны соотношение в истребителях было далеко не в пользу Люфтваффе. Поэтому пилоты «стодесятых» часто использовали простой, но довольно эффективный тактический прием. Выглядело это примерно так: пара или тройка Bf 109 пролетала над одним из наших аэродромов, вслед за ними сейчас же в воздух поднималось дежурное звено. В этот момент со стороны солнца или сзади-снизу появлялся «охотник» Bf 110 и расстреливал наши беспомощные самолеты, пилоты многих из которых даже не успевали убрать шасси.

Чаще всего «стодесятые» появлялись в районе аэродрома Шонгуй, где как раз и базировался 145-й иап, так как именно здесь были идеальные условия для «свободной охоты». Во-первых, он находился как бы на отшибе, дальше всех от Мурманска с его зенитными батареями и постами ВНОС; во-вторых, он располагался на высоком горном плато, у которого проходило узкое русло реки Кола. По нему опытный летчик мог на бреющем незаметно подойти к летному полю и, выскочив как из-под земли, неожиданно атаковать советские самолеты. В частности, при подобных обстоятельствах над аэродромом Шонгуй 7 июля погиб младший лейтенант С.Г.Чегаев, а 11 июля не повезло старшим лейтенантам М.И.Балашову и Н.И.Позднышеву, правда, оба уцелели и даже не были ранены.

Не брезговал подобным приемом и гауптман Шашке. Особый успех на его долю выпал 13 июля, когда в одном из вылетов на «свободную охоту» ему удалось прямо на взлете «уложить» сразу три советских истребителя.

В тот день над аэродромом Шонгуй на бреющем прошли три Bf 109. Это была приманка. По тревоге в воздух поднялось дежурное звено: ведущий лейтенант Ишаков, ведомые — младшие лейтенанты Шумеев и Макаров. Сохранились воспоминания очевидцев этого воздушного боя: «Все, кто находился в расположении 4-й эскадрильи на кромке аэродрома на скате к железной дороге увидели, как над рекой, на бреющем ниже аэродрома, шел «стодесятый». Хорошо просматривались в кабине самолета летчик и стрелок-радист. Заметив взлетающие наши истребители, вражеский самолет пошел в атаку. С аэродрома было видно, как Ме-110, камуфлированный как щука, подбирался к нашим самолетам. В момент атаки на аэродроме все замерло. Предупредить наших товарищей мы не могли, поскольку рации на И-16 не было, а полотнища «панхен» находились на другом конце аэродрома, да и не успели бы выложить сигнал, предупреждающий о смертельной опасности. Казалось, это длилось вечность. Раздались крики, как будто звено Ишакова их могло услышать.

На малой скорости, снизу-сзади «сто-десятый» атаковал одного ведомого, чуть довернув в сторону, дал возможность сбить второго ведомого своему стрелку-радисту. Ведущий звена лейтенант Ишаков продолжал полет по прямой, не подозревая о том, что происходит за его спиной. Но, в последний момент, почувствовав неладное, попытался развернуться в сторону вражеского самолета. Огненная очередь Ме-110 оборвала его полет. Лейтенант Ишаков успел выброситься из горящего самолета, но слишком была мала высота...» День 13 июля полностью оправдал свое роковое число...

27 июля 1941 г. при взлете на МиГ-3 был атакован и сбит капитан Ф.А.Груздев. Выбросившись из пылающей машины с парашютом, он едва не погиб, так как пилот «мессера» решил явно «прикончить этого русского» и снова открыл огонь. Чудом оставшегося в живых тяжело раненого офицера отправили в тыловой госпиталь3.

Однако «стодесятый» все-таки не слишком подходил для воздушного боя, и 4 августа в карьере гауптмана Шашке была поставлена финальная точка. Наступивший день был ярким и солнечным. Звено И-16 лейтенанта Звягина ушло на прикрытие Мурманска, а затем на КП аэродрома поступило сообщение: «К вам идут самолеты противника». Немедленно поднялись в воздух четыре ЛаГГ-3 под командованием командира 3-й эскадрильи 145-го иап капитана А.П.Зайцева. И вовремя! Уже на взлете ведущий увидел «стодесятого». Немецкий летчик развернул самолет так, чтобы его стрелок-радист мог бить по советскому истребителю, но на этот раз пулеметная очередь прошла в стороне. Осознав, с кем имеет дело, капитан Зайцев стал осмотрительнее. Но появившийся «охотник» был не один, и вскоре над аэродромом вспыхнул ожесточенный воздушный бой между четырьмя ЛаГГами, таким же количеством Bf 110 и прикрывавшими их двумя парами «стодевятых». В разгар схватки со стороны Мурманска подошло звено И-16 Звягина и с ходу вступило в схватку. Это улучшило положение наших истребителей, и на четвертой минуте боя капитану Зайцеву удалось поймать в прицел ненавистный «стодесятый». Пулеметная очередь прошла левее «Мессершмитта». Чуть довернув, Зайцев открыл огонь из всего своего бортового оружия. На вражеском истребителе сразу задымил левый мотор и стервятник с резким правым креном, теряя высоту, стал уходить на запад. Бой, начавшийся почти у земли, переместился на высоту 1200 м и длился еще более тридцати минут...

Дорогой ценой обошелся сбитый Bf 110 гауптмана Шашке. 145-й истребительный полк в этом бою потерял один И-16 и три ЛаГГ-3. Опытнейшие летчики полка — старшие лейтенанты Пискарев и Шелухин, а также лейтенант Звягин погибли. Лейтенант Старков выбросился с парашютом из горящего самолета и получил сильные ожоги.

Как только подбитый «стодесятый» пошел со снижением курсом на запад, стало ясно, что он упадет недалеко от аэродрома. Командование оперативно выделило команду из техсостава, которая в трех километрах от летного поля обнаружила в лесу разбившийся при вынужденной посадке «мессер». Подойти сразу к упавшему самолету не удалось, так как началась перестрелка, в которой был тяжело ранен стрелок-радист унтер-офицер Михаэль Виттман (Uffz.Michael Wittman). Когда приблизились к «стодесятому», то оказалось, что гауптман Шашке уже мертв. По-видимому, при посадке он ударился головой о приборную доску. С немецкого пилота сняли все знаки различия, в том числе «Железный Крест», медаль «За Нарвик» и жетон, выданный за пятьдесят боевых вылетов. Летчика предали земле там же, на месте падения его «Мессершмитта», а стрелка-радиста на носилках понесли в санчасть авиаполка. В тот момент, когда его вносили на аэродром, Виттман умер.

Среди трофеев был и пистолет гауптмана Шашке, который командующий ВВС 14-й армии полковник И.Л. Туркель вручил капитану Зайцеву4, поздравив с замечательной победой. После этого воздушного боя пилоты «стодесятых» перестали «охотиться» в районе аэродрома Шонгуй, что, конечно, для личного состава 145-го истребительного полка было весьма знаменательным и приятным событием.

Несмотря на то, что в ходе боя самолет гауптмана Шашке был сбит, а сам он погиб (и этот факт всячески пропагандировался политорганами), среди молодых летчиков, а их в среде летного состава в то время было большинство, ходили невеселые разговоры о том, что на «Мессершмиттах-110» летают лишь одни асы, а сам истребитель имеет очень мощное бортовое вооружение, непробиваемую броню, и встреча с ним не сулит ничего хорошего5. В связи с этим весной 1942 г. командование ВВС Северного флота было вынуждено провести в авиаполках конференции с летным составом, на которых отдельно рассматривался вопрос о борьбе с этим грозным двухмоторным самолетом.

А между тем за три дня до этого, 1 августа 1941 г. командиру звена «Киркенесской эскадрильи» обер-фельдфебелю Хуго Дамеру была вручена высшая боевая награда Третьего Рейха — «Рыцарский Крест». Он стал первым немецким летчиком-«рыцарем» на Крайнем Севере, а вскоре после этого события его звено перевели на Кандалакшское направление для обеспечения боевых действий пикирующих бомбардировщиков Ju87.

С советской стороны здесь активно действовал 137-й бомбардировочный авиаполк под командованием полковника И.Д.Удонина, имевший на вооружении устаревшие СБ. Как правило, в течение первых недель войны подразделения бомбардировщиков вылетали на задания в тыл противника без истребительного прикрытия, но с появлением «мессеров» ситуация серьезно изменилась, и к концу лета полк сильно поредел, потеряв только в августе от зенитного огня и противодействия истребителей противника более 20 самолетов. По-видимому, большинство из них стало жертвами звена обер-фельдфебеля Дамера.

Обер-фельдфебель Дамер разработал и применял так называемую тактику против «стада свиней» (Sauhaufen-Taktik), то есть — против боевого строя бомбардировщиков, при которой он каждую свою атаку по самолету противника проводил с большой высоты и на высокой скорости, откалывая от общего строя один самолет за другим, и таким образом добился определенных успехов.

Прославился Хуго Дамер на Севере еще и тем, что его звено участвовало в наземном бою. Это случилось вскоре после перебазирования на бывший советский аэродром Алакуртти, с которого он и его коллеги вели штурмовые действия по обороняющимся войскам. После одного из боевых вылетов, когда уже подходила к концу подготовка истребителей к очередному вылету и пилоты заняли свои места в кабинах самолетов, вдруг по ближайшей опушке леса открыла огонь легкая зенитная установка. На краю аэродрома неожиданно появились советские солдаты. Четыре Bf 109, стоявшие на середине аэродрома, были хорошей целью для наступавших. Не растерявшись, механики на руках приподняли хвосты самолетов, а пилоты открыли огонь. Общими усилиями пилоты с охраной аэродрома отбили неожиданную атаку прорвавшейся советской пехоты.6

Как бы там ни было, но несмотря на высокий уровень выучки потери на войне были неизбежны. 13 августа был сбит зенитным огнем Bf109E-7 лейтенанта Ханса Титцнера (Lt. Hans Tetzner). Однако спустя трое суток, пилоту удалось выйти к немецким позициям. Смог выбраться к своим и раненый унтер-офицер Вильгельм Лихманн (Uffz. Wilhelm Lehmann), чей Bf109E-1 был сбит в воздушном бою 25 августа. Впрочем, просторы Севера умеют хранить тайны: до сих пор неизвестна судьба унтер-офицера Вильгельма Кастенса (Uffz. Willhelm Kastens), который пропал без вести 22 августа при налете на железнодорожную станцию Тайбола южнее Мурманска вместе со своим Bf 109E-1, несшим на борту желтую «единицу».

12 сентября горные егеря генерала Дитля предприняли последнюю в 1941 г. попытку овладения главной базой Северного флота — Полярным и Мурманском. Перед началом наступления на сухопутном фронте вся истребительная авиация на Мурманском направлении была сведена в единую истребительную «группу особого назначения» (Jagdgruppe z.b.V.) под командованием майора Хеннига Штрюмпеля (Major Hennig Strumpell). В ее состав вошли «Киркенесская эскадрилья» — 1/JG77, 14/JG77 и 1(Z)/JG77, последняя была по-прежнему вооружена двухмоторными Bf 110. Перед истребительными подразделениями ставились две основные задачи: обеспечить боевые действия своей бомбардировочной авиации и прикрыть с воздуха наступление горных егерей от налетов советской авиации. Надо признать, что с их решением «группа особого назначения» не справилась.

В первую очередь сказалось возросшее мастерство советских летчиков и участие в воздушных схватках двух английских эскадрилий, 81-й и 134-й, прибывших на Крайний Север в конце августа. Малочисленная советская бомбардировочная авиация, усиленная морскими самолетами МБР-2, Че-2 и ГСТ, применявшимися в качестве бомбардировщиков, и истребителями И-15бис и И-153 в качестве штурмовиков, несмотря на активное противодействие «Мессершмиттов» успешно наносила бомбо-штурмовые удары по наступающим немецким войскам.

С началом наступления над линией фронта развернулись ожесточенные воздушные бои. В первый день наступления совершил свой первый боевой вылет в составе «Киркенесской эскадрильи» молодой, еще никому неизвестный унтер-офицер Рудольф Мюллер (Uffz. Rudolf Muller), ставший в 1942 г. самым результативным асом на Полярном фронте. Уже после первого вылета на его боевой счет была записана первая победа7, а к концу месяца за ним уже числилось пять сбитых советских самолетов.

В тот же день «Киркенесская эскадрилья» впервые понесла ощутимые потери. Над линией фронта при сопровождении самолета-корректировщика Hs126 три Bf 109 были неожиданно атакованы английскими «Харрикейнами» из 134-й эскадрильи RAF. В завязавшемся воздушном бою «томми» продемонстрировали весьма высокий уровень мастерства, сбив два «Мессершмитта». В обломках одного из них погиб лейтенант Экхардт фон дер Люе (Lt. Eckhard v.b.Luhe). Англичане тоже не досчитались одного самолета, в котором погиб сержант Шмидт. Эта потеря оказалась единственной для английских пилотов на Полярном фронте от действий авиации противника.

15 сентября летчикам-североморцам 72-го смешанного авиаполка удалось отразить два массированных налета вражеской авиации на позиции обороняющихся советских войск и сбить при этом три бомбардировщика Ju87 и один истребитель Bfi 10, не потеряв при этом ни одного своего самолета. Лишь вечером немецким летчикам удалось взять реванш, когда шестерка Bf109, находясь за линией фронта, наткнулась на уже возвращавшуюся четверку Пе-2, шедшую под прикрытием шести «чаек». Последние с трудом поспевали за своими куда более быстроходными подопечными и не смогли отразить стремительную атаку «Мессершмиттов», пилотам которых удалось сбить две «пешки».

17 сентября немецкие летчики снова «скрестили шпаги» со своими старыми соперниками — пилотами Королевских ВВС. Восемь Bf109 из 14/JG77 атаковали такое же количество «Харрикейнов», прикрывавших советские СБ из состава 72-го сап. Англичане и на этот раз не ударили в грязь лицом, не дав «Мессершмиттам» прорваться к бомбардировщикам, и даже сбили один Bf 109, хотя в самый разгар боя были неожиданно атакованы четырьмя И-16 из 145-го иап, принявшими их за вражеские самолеты.

К концу месяца части 14-й армии вместе с моряками Северного флота в тяжелых изнурительных боях отбили сентябрьское наступление горных егерей. Противник

отошел на западный берег реки Западная Лица и отказался от дальнейших попыток наступления на Мурманск. На сухопутном фронте и в небе Заполярья установилось относительное затишье.

Примерно в это время, 25 сентября, имея на своем боевом счету 27 воздушных побед, был награжден «Рыцарским крестом» командир «Киркенесской эскадрильи» обер-лейтенант Хорст Карганико.

Вскоре с наступлением полярной ночи почти вся немецкая авиационная группировка, действовавшая на Мурманском направлении, была расформирована и переведена на другие театры военных действий. 1/JG 77 в полном составе была перебазирована на Западное побережье Норвегии на аэродром Ставангер, где начала вести над Северным морем боевое патрулирование с заданием: перехватывать английские разведывательные самолеты. И на этом северо-западном участке фронта снова отличился молодой немецкий пилот Рудольф Мюллер, сбивший два английских патрульных «Хадсона».

В январе 1942 г. в составе 5-го Воздушного флота на базе истребительных частей, действовавших в Северной Норвегии и Финляндии, а также нескольких эскадрилий, переведенных из Франции, была сформирована 5-я истребительная эскадра, получившая название «Полярное море» (JG5 Eismeer). Летчиков-истребителей, воевавших в эскадре, стали называть «полярными охотниками» (Eismeerjager).

Формирование и укомплектование эскадры практически началось позже, когда полярная зимняя ночь уступила свои права поздней весне. Теперь «Киркенесская эскадрилья» в составе новой JG 5 стала 6-й эскадрильей (6/JG 5). В апреле гауптман Карганико возглавил вторую группу эскадры (II/JG5), куда и вошло его бывшее подразделение, а на его место назначили перспективного офицера из шгаба первой группы обер-лейтенанта Ганса-Дитера Хартвейна (Obit. Hans-Dieter Harwein), успешно воевавшего на западном побережье Норвегии против Королевских ВВС. В это время в состав 6/JG5 влились летчики, позже составившие, вместе с Рудольфом Мюллером, костяк Expertensraffell: в феврале прибыл Ганс Дебрих (Hans Dobrich), в апреле — Альберт Бруннер (Albert Brunner), в мае — Генрих Эрлер (Heinrich Ehrler), а в сентябре к ним присоединился ставший к этому времени знаменитым асом Теодор Вайссенбергер (Theodor Weissenberger).

В нашей печати бытует мнение, что это была отборная элитная эскадрилья. Судя по имеющимся сведениям, трудно с этим согласиться, так как сама смерть периодически делала отбор, забирая слабых и невезучих, оставляя на какое-то время более опытных и удачливых. Так, 29 июня в районе аэродрома Мурмаши в воздушном бою были сбиты сразу два летчика — молодой унтер-офицер Вильгельм Кюхлинг (Uffz. Wilhelm Kuchling) и воевавший с первых дней войны на Полярном фронте, опытный фельдфебель Эмиль Штратманн (Fw. Emil Stratmann).

Весной 1942 г. в небе Заполярья развернулось ожесточенная борьба за господство в воздухе. Причиной тому было предпринятое в апреле на Мурманском направлении наступление 14-й армии во взаимодействии с частями и кораблями Северного флота с целью лишить немецкую группировку возможности вести какие-либо наступательные операции в 1942 г. Если бы эта операция увенчалась успехом, то Мурманский морской порт смог бы без помех принимать союзные конвои, количество которых начиная с весны постоянно возрастало.

1 По другим данным, Хорст Карганико прибыл из II/JG77, а свою первую победу он одержал 15 июня 1940 г., сбив английский торпедоносец "Бьюфорт" из состава 42-й эскадрильи. — Прим. Ред.

2 Имеется в виду пролив Ла-Манш.

3 В отечественной печати не раз расписывалось о том, как «советские летчики еще в первые дни войны выяснили, что у Bf110 вялая маневренность и плохие разгонные характеристики, а потому капитану Груздеву удалось быстро разработать безотказный метод борьбы со «стодесятым», заключавшийся в уходе от него набором высоты, затем следовало выполнить классический ранверсман и спокойно расстрелять стервятника». Тут же, как правило, сообщалось, что сам автор расправился таким образом не менее чем с 17 самолетами этого типа! Действительность оказалась куда прозаичнее и безжалостнее этих сказок. - Прим. Ред.

4 Разбился на аэродроме Шонгуй, пилотируя самолет Р-39«Аэрокобра» (сер. №АН679), 30мая 1942 г.

5 Эти настроения нашли свое отражение даже в первом романе В. Пикуля «Океанский патруль».

6 В начале 1942 г., уже в звании лейтенанта, Дамер покинул Крайний Север и вернулся в JG26, где продолжил свою военную карьеру. Какое-то время он обучал молодых пилотов, после чего снова принял участие в боевых вылетах над зоной пролива Ла-Манш. Войну закончил, имея на своем боевом счету 57 сбитых самолетов противника.

7 Сбитый И-16 не подтверждается советскими списками потерь.

Источники

  • "Авиамастер." /№4 1998/

©AirPages
2003-